— Кусаный бок! — фыркнул Гузь, и показал на страницу, — Вот этой фигни я много видал возле кактусов.
Читать прямо в комнате было затруднительно из-за отсутствия света, так что книги клали на каменный подоконник, и пользовались солнышком.
— Наблюдательный, — заметила Огнея, и притёрлась к нему бочком, — И мяягенький, ссобака…
Хихикаючи, рыжие отвалились на пуфик, и не забыли задёрнуть занавеску. Тисканье мягкой тушки было очень приятным, но Огузин всё же больше пищи для ума получил именно из разговоров со своей ненаглядной. Как оказалось, они были слегка похожи в том плане, что её тоже приложило, после смерти вульпары, и до сего дня она была отчасти не совсем в своём уме. Правда, это выразилось в том, что вульпера упорото училась на лекаря — любая другая свихнулась бы от такого напряжения, а Огнея даже не замечала, уйдя в "какое-то такое состояние". Да, Огузин развеял это наваждение своим выступлением, но навыки-то уже приобретены, и обратно не исчезнут… Если честно, ему-то на навыки было достаточно покусю, он радовался тому, что вытащил эту прелестную рыжуху из отбитого состояния.
Вытащенная рыжуха сразу же помогла ему, подсказав, где достать подходящий мангал, так что, на следующее же утро она занималась своими делами с больными, а Огузин, хихикая больше обычного и мотая хвостом, прожаривал над углями трофейную сумку, предварительно проверив её "сигналами" на магию. Как знали вульперы, если как следует нагреть — предмет уже не будет заразным, да и всякие блохи и клопы сдохнут. Так что, на всякий случай он прожарил лут основательно, и лишь потом вытряхнул содержимое на бочку, и стал перебирать. Большей частью это была обычная фофань, какую всегда найдёшь в сумке ходока — ножик, пинцет для дёрганья заноз, иголка с ниткой, починить Разное, те же сигналы разного образца, кусок медной руды… Гузь вздрогнул, перевернув фляжку и увидев, что на ней имеется гравировка, та же самая морда, что он видел у не-тролля. Вульпер поболтал её и уяснил, что внутри ещё есть вода, открыл, понюхал… но Крыса не дала глотнуть. Фляжка сама по себе была хорошая, видимо даже серебрянная, но чем-то смущала. Чем именно, он понял лишь позже — но главное, что не поздно.
Осторожничая, Огузин просто вылил содержимое на песок, а потом ещё и промыл водой из отстойника. Но когда через некоторое время он снова взял фляжку, то ощутил, что там болтается немного. Пожав ушами, он повторил операцию и едва не забыл об этом, но третий раз смотрел уже более предметно, и не зря. Вульпера слегка прошибло потом, когда он понял, что внутри фляжки опять есть жидкость, при том что пробка оставалась плотно завинчена. Кусаный бок, подумал он, оставив опасную находку, и пошёл посоветоваться с Итрисом и Огнеей.
— Значит, можно сделать выводы, — заявил Гузь, — Первое, говно эти сигналы.
— Пожалуй да, — хмыкнул Итрис, — Вода из ниоткуда это явно магия. Но ведь это окусеть какая ценность, вульперята!
— Да ну? — сложила лапки Огнея, — Хорошо подумал?
— А чего тут думать!… Хотя…
Ещё как хотя. Вульперы не упустили из вида, что фляжка-самоссанка была в пользовании отбитого негодяя Коди, и тут, что называется, вполне можно проследить связь. Даже из простой логики следовало, что вода, которая берётся какбы ниоткуда, не обязательно такая же, как настоящая. А шарившие так и знали, что она совсем не такая. Многие маги могли создавать воду и даже подобие корма, только вот заменять реальную воду накастованой можно лишь ограниченное время, причём какое — зависит от конкретного случая. Поэтому накастовку и старались не применять до последней нужды, а Коди, вероятнее всего, вообще глушил только воду из этой бездонной фляжки. Огнея сказала, что сочла бы это невозможным, но факт наморду, поэтому — кусь его знает. В общем, использовать артефакт как источник воды это…
— Испытать на крысах, — пожал ушами Огузин.
Также он не умолчал о том, что эта фигня прибыла оттуда же, откуда странный грабитель, водивший дела с ситраками — но это не дало никаких результатов. А вот когда одна из учениц Огнеи стала поить псевдоводой крысу, та быстро окочурилась. Кроме того, методом проверки было выяснено, что из фляги можно вылить примерно два стакана воды, больше не получается потому, что уже вылитая просто исчезает бесследно, даже из закрытых сосудов. Ну такое себе, решили вульперы, хотя если отдать фиговину тому кто шарит, он может попробовать хотя бы выбить оттуда магические реагенты. Нет, сказал Гузь, и сныкал это дело, чтобы потом, возможно, продолжить эксперименты — ну а если не получится, то невелика потеря.