— Кусь за ногу! — фыркнул Огузин.
— Да, это моя вина, — продолжил шам, — Серифа пропала. Ну всмысле, никто из наших не знает, где она теперь… и жива ли вообще. Она пошла потолкаться по базару в город, ну и… если бы знать раньше.
— Ну, насчёт жива ли, — заметил Зех, — Эльфийский торговый дом как, целый пока? Если бы они вздумали убить её, то целым бы он не был.
— А с чего ты взял, что это эльфы?
— С того, что это наиболее вероятно. Это эти гадики уже сколько времени подкапывались к Чёрной Вазе, помните?
— О, кстати о птичках, — крякнул Гузь, — У меня есть записки того шарогада, можете посмотреть?
— Вообще хотелось бы в общих чертах понимать, что у вас… у нас, вообще происходит, — прямо сказала Огнея, — Что такого схватила Серифа?
— Тёмное пламя, — спокойно ответил Пхитен, а Зех поперхнулся воздухом и закашлялся, — Слыхала когда-либо?
— Вообще-то да, — припомнила рыжая, — Шам рассказывал, что это… эмм, что-то древнее и очень могущественное.
— Угу, — кивнул Зех, — А ещё, оно было утеряно, и никто не мог предположить, что частица найдётся в пустыне.
— А при чём тут Серифа? — уточнил Гузь.
— Кусь знает. Пламя вероятно имеет какие-то требования к носителю, и она подошла… а может и ещё чего.
— По крайней мере, точно одно, — хмуро сказал Пхитен, — Если Серифа попала к эльфам, никуся хорошего ей не светит.
— Думаешь, они знают про Пламя? — скривил морду Зех, — Это была бы так себе новость.
— Это покусец какая новость была бы. Эти кролики ощипаные и так весь мир задолбали, а если не дай кусь они освоят управление Пламенем, это будет просто жопа.
— Не обязательно. Вполне вероятно, что эта сила им не зубам.
— Это философии слова, — отмахнулся Пхитен, — А вот девчонку один старый осёл подставил, это факт.
Огузин, как и остальные, только ушами водил, стараясь переварить полученные данные. Шаманы вообще занимались своей так сказать отраслью магии — стихиями, и не так уж много знали о предмете. Правда, скорее всего, об этом предмете вообще никто не знал достаточно. Насколько точно передавали правду сказания, Тёмное Пламя пришло из Бездны, из той же, откуда в мир лезли демоны. Но для демонов эта штука оказалась ну очень неприятной, так что они просто исчезли, и долгое время никто их в глаза не видывал — как они там поживают и поживают ли вообще, точно никто сказать не мог. В мире же Пламя устроило глобальный катаклизм, изменивший положение дел во многих регионах. Ничего более внятного Пхитен поведать не мог, потому как до сего дня вообще никак не интересовался темой, за неимением надобности.
— Послушайте ухом, а у вас тут нету сонного шарика? — вспомнил Гузь.
— Есть, — признался Пхитен, — Да, это может сработать. Найти её ты не сможешь, но убедиться, что она жива, это да. Кумекаешь, рыжий!
— Этот рыжий так кумекает, что дай кусь всякому, — хмыкнул Зех.
— Но это попозжа, а так-то всё равно надо караван обернуть, — напомнила Пуфелина, — Дуф не будет ждать, пока вы тут решаете.
— Ну, допустим, сейчас-то Дуфу лучше было бы подождать, если надо, — заметил Пхитен, — Давайте я вам пришлю Шиллу, разбирайтесь с торговлей.
— Вот ещё что, — крякнул Гузь, — Ты знаешь, что творится в Логове?
— Знаю, — спокойно ответил шаман, — И поверь, если бы мы не шевелились, было бы ещё хуже.
— Но это надо как-то прекращать!
— Гузь, — серьёзно сказал Пхитен, — Мы это обязательно прекратим. Но Пустыня — это лишь малая часть мира, сечёшь? Мне не лыбится спровоцировать тут очередную войну или ещё какую выкусень. Всему своё время, пока оно терпит.
— А если завтра эти гадики перестанут поставлять корм?
— То я просто пошлю корм отсюда, — ухмыльнулся шам, — Не дураки, чай.
На этом пока философии слова окончили, и вернулись к перетаскиванию предметов, как обычно. К удовольствию ходоков, шерстяные нитки и полотно улетели только в путь. Цена была не заоблачная, но и не низкая — самое то, короче. Улетало же по той причине, что у вульперов и ордынцев были разные масштабы, и то что в Пустыне очень много — для внешнего рынка мало. Чтобы забить хотя бы один грузовой корабль, который ездил по морю под парусами, Перекатышке и Скрипке надо было работать много лун. Торговлю осуществляли сначала просто бартерным методом, меняя товар на товар, чтоб не возиться с монетами. Огузин потёр лапы, и вскорости мог своими глазами наблюдать целую кучу стальных слитков, которые лежали на складе. Будучи въедливым, он не поленился взять сначала только один слиток и провести над ним ряд опытов, убеждаясь в том, что свойства мета подходящие, а затем через Шиллу пытал местного кузнеца-таурена, какая температура нужна для плавки. Ему ничуть не лыбилось притащить мет в Хатжуму и сделать открытие, что его нельзя плавить на тамошней форже. Но, судя по всему, должно таки пойти… Этот вывод был сделан не с потолка, а потому как Гузь своими глазами позырил на горн в кузне и прикинул, как тот работает. Правда, тот самый рогатый весьма подозрительно косился на вульпера, задающего такие вопросы, но по крайней мере, проблем это не доставило.