Она права. Мне жаль, что я поставил Лори в такое положение. Мне следовало подождать, когда она поймет, чего хочет, а не вызывать у нее еще большее смущение и чувство вины.
— Так что мне теперь делать? — спрашиваю после минуты молчания.
— Что ты хочешь?
— Хочу быть с Лори. Я хочу семью. Хочу вернуть доверие Лори и доказать ей, что я больше не испугаюсь и не сбегу.
— Тогда сделай это. Докажи.
— Как это сделать, если Джон никак от нее не отвалит?
Она хватает меня за руку и переворачивает ее, указывая на татуировку на запястье.
— Ты забыл об этом?
— В смысле?
— Прочти, — говорит она. — Вслух.
Я хмурюсь.
— «Я — властелин своей судьбы, я — капитан своей души».
— Ты притворяешься, будто не веришь в судьбу или что-то такое, потому что это разрушит репутацию крутого парня, но у тебя была причина сделать эту татуировку, — она отпускает меня. — Я думаю, что ты не просто так набил ее много лет назад. Мне кажется, что ты волею судьбы сделал ее на месте, где постоянно ее видишь, — я растираю мурашки, побежавшие по моим рукам. — Полагаю, тебе известно, из какого стихотворения взята цитата?
— «Непокоренный», — отвечаю я.
Софи кивает.
— Да. Если это не идеальное слово, чтобы описать тебя, тогда я не знаю какое. Пора действовать, Базз. Пришло время показать Лори, каким человеком ты можешь быть. Что ты за человек. Никто, кроме тебя, не в силах определить твое будущее. Это может занять некоторое время и тебе, возможно, придется побыть в стороне, но если тебе нужна Лори, то иди и добейся ее. Верни нашу девочку.
— Ты права.
— Она всегда права, — заявляет Мейсон, возвращаясь в дом. — Что ж, думаю, что собрал все осколки, но все равно поаккуратнее там.
— Спасибо, братан, — отвечаю я, когда он убирает совок на место. Поворачиваюсь к Софии. — Спасибо, что пришла и поддержала меня. В голове немного прояснилось.
— Обращайся, — подмигивает Мейсон.
София закатывает глаза, но ободряюще улыбается.
— Ты справишься, Базз.
Я смотрю на свою татуировку и молюсь, чтобы это было правдой.
Я молюсь, чтобы София была права.
Глава 27
Мой палец парит над маленькой позолоченный кнопкой.
Сегодня утром это показалось мне хорошей идеей, но теперь, когда я стою здесь, кажется иначе. Может, стоит подождать, когда раны затянутся? Вдруг я только подолью масла в огонь? В костер.
Но собираясь уходить, я бросаю взгляд на свою татуировку, которая убеждает меня сделать задуманное. Я вспоминаю вчерашний разговор с Софией. Пришло время стать хозяином своей судьбы. Пришло время сделать шаг вперед, а это, безусловно, шаг в правильном направлении. Их впереди еще огромное множество. Я должен сделать это не только для себя, но и ради всех заложников ситуации.
Делаю глубокий вдох и нажимаю на дверной звонок. Через полминуты, как раз в тот момент, когда я собираюсь нажать его во второй раз, дверь распахивается. Глаза Джона расширяются от шока, но быстро сужаются от гнева. Его нос разбит и распух от того удара. Все эмоции последних нескольких дней отражаются на его лице.
— Тебе здесь не рады, — шипит он. Ненависть исходит из каждого его слова.
Я перевожу взгляд на его сжатые кулаки.
— Я здесь не для драки, Джон.
— А что тогда надо?
— Поговорить.
— У меня нет желания с тобой разговаривать. Я даже видеть тебя не хочу.
— Я знаю, нам никогда не стать друзьями, но мы можем хотя бы быть вежливыми? Давай отбросим в сторону наши разногласия.
— Нет, — отвечает он. — Не хочу иметь с тобой ничего общего и больше никогда не хочу тебя видеть.
— Ну, возможно, тебе придется. Это может быть неизбежным.
— О, я постараюсь избегать тебя любой ценой.
— Послушай, я знаю, как тебе сейчас больно. Если ты хоть немного чувствуешь то, что я чувствую к Лори...
Он поднимает руку.
— Позволь мне тебя прервать. Моя девушка... — он останавливается и поправляется. — Моя бывшая девушка, благодаря тебе, беременна. Это тоже благодаря тебе. Ты даже не представляешь, как мне сейчас больно, — блокирую дверь ногой, когда он пытается ее закрыть.
— Понимаю. Ты забываешь, что пару дней назад я считал, что ребенок твой. Мне еще никогда не было так хреново.
— Ну, он не мой, всё? А теперь убери свою гребаную ногу.
Я не слушаюсь.
— Нам стоит оставить разногласия позади и поставить Лори на первое место.
Он распахивает дверь и делает шаг наружу.
— Я всегда ставил Лори на первое место, даже когда знал, что она трахается с тобой, — он указывает на меня пальцем. — Верно, я знал все это время. Не знаю, понимаешь ли ты, как подло поступал, или тебе было насрать, но я знал. Я любил ее достаточно, чтобы поставить ее на первое место. Даже сейчас я ставлю ее на первое место, — он качает головой, его гнев рассеивается и превращается в разочарование. — Жаль, что она не смогла поставить мои чувства выше твоих.