— Окей, босс, — нехотя согласился Шон.
— Держи.
На стол рядом с Шоном я кинул пачку фунтов.
— Шон, тут пять тысяч. Найми мощный грузовик. Лучше всего самый грузоподьёмный самосвал. Сделай это сейчас.
— Эм… А где брать товар? В смысле, загружаться, — спросил Шон.
— Нигде. Сразу езжайте по этому адресу на завод, товар будет в грузовике. Разгружайтесь, потом езжайте назад. Примерно через полчаса езды груз окажется в кузове. Разворачивайтесь и снова езжайте на разгрузку.
На стол рядом с деньгами легла визитная карточка с адресом и телефоном завода по переработке серебряного и золотого лома, и сопутствующих драгоценных камней.
— Опять эти сверхъестественные штучки, — тихо пробормотал Шон.
Пока пожилой ирландец занимался делом, я следил за ним. Вскоре он нанял трёхосный самосвал. Уолш сел в салон с водителем и поехал в сторону завода. Я телепортировал в кузов половину золота. Внешне оно занимало небольшой объём меньше кубометра, но машину перекосило от большой нагрузки. Самосвал рассчитан на перевозку десяти-двенадцати тонн, а в кузове золота около пятнадцати тонн.
Водитель от резких изменений затормозил и хотел посмотреть что там, но Шон его остановил.
Когда грузовик доехал до завода, нужно было видеть глаза и вытянутые лица всех присутствующих: водителя, Шона, приёмной комиссии, которая была предупреждена Стивенсоном. Ну да, не каждый день видишь, как самосвал выгружает гору золотых монет.
— Чего стоим? — громко рявкнул руководитель приёмной комиссии на рабочих. — Грузите золото в тележки и отправляйте на склад к другому лому.
— Ага, — кивнул мужик в рабочем комбинезоне синего цвета. — Я это… За тележкой пойду. А может того — погрузчик пригнать и ещё мужиков? Поставим ящик, лопатами будем грузить в него.
— Отличная идея, — согласился руководитель. — Но вначале везите в весовую. И чтобы ни грамма товара не пропало! Вы поняли?
— Конечно! — заверил рабочий. — О чём разговор? Да разве ж мы когда-то? Упаси бог!
Грузовик направился в обратный путь. Как и обещал, я через полчаса телепортировал в кузов оставшиеся галеоны, золото, серебро и драгоценные камни.
— Что, опять?! — выпучив глаза, резко ударил по тормозам водитель.
— Ага, — флегматично кивнул Шон. — Разворачивайся.
— Что за чертовщина? — недовольно пробурчал водитель.
— Меньше знаешь — крепче спишь, — заметил Шон.
— Кажись, на этот раз машина сильнее перегружена, — сказал водитель. — Кстати, о перегрузе… Об этом не было договорённости.
— Держи, — Шон протянул водителю сотню фунтов. — Рули давай.
— Ага, — обрадовался водитель деньгам, которые соответствовали его недельному окладу.
Когда машина во второй раз въехала на территорию фабрики, рабочие как раз с хеканьем и звоном лопатами грузили золото в стальной ящик, установленный на подъёмной рампе погрузчика. Звона было много: звенели лопаты, звенели монеты, когда попадали в ящик, ну и сама емкость издавала много шума.
При виде грузовика один из рабочих остановился и одарил его раздражённым взглядом.
— Что, опять? — печально произнёс он. — То за квартал столько золота нет, то за один день привозят… Надеюсь, хоть премию дадут.
Грузовик начал выгружать новую партию рядом с первой. Один из рабочих грустно произнёс:
— Ну бля-а… Почему в мою смену?
— Ты это видишь? — спросил первый рабочий. — Там ещё куча серебра, ещё и драгоценные камни. Нет, я многое повидал на этом заводе, но чтобы драгоценные камни самосвалом возили…
— Бля-я… — вновь расстроено протянул второй рабочий. — Теперь ещё камни и серебро выковыривать и сортировать.
Шон вылез из машины и подошёл к главному приёмщику, который выглядел очень грустным. Он смотрел на вторую кучу ценностей, словно на главного врага.
— Сколько займёт приёмка? — спросил Шон. — Мне нужно ждать?
— А? — отвёл взор от кучи приёмщик. — А-а-а… Нет. Директор Стивенсон сказал, чтобы мы ему отправили отчёт обо всём принятом товаре с оценкой по ценам приёмки. Мы сами за всем проследим. Не беспокойтесь, за сохранностью ценностей следит служба безопасности… Это будет чертовски сложный день…
Шон уехал в коттедж. Водитель получил от меня Обливейт. Я вернулся и наблюдал за грустными грузчиками, которые перемещали золото и серебро вначале в весовую, затем на склад. Драгоценные камни отбирались и проходили через руки оценщика. Обе кучи драгоценностей перетаскали лишь через четырнадцать часов. Руководитель вытер пот и пошёл звонить Стивенсону. Я тут же телепортировался в кабинет оного.
После того, как Стивенсон положил трубку, я спросил: