— Замечательно! — с сарказмом произнёс я. — Вы таки мне подходите. Жаль, что мне нужен только один человек. Таким как вы как раз место в Азкабане. Аджар, вы таки не представляете, насколько прискорбно, что вам не удастся долго соседствовать с дементорами…
Засунув руку в мешочек, я достал из него флакон с Напитком Живой смерти. Капнув несколько капель в крышку, протянул её таксисту.
— Выпей.
Аджар тут же выполнил приказ. Он выпил несколько капель зелья, после чего тут же отключился, повиснув на ремне безопасности.
Забрав пробку из опустившейся руки таксиста, я закрутил флакончик и вернул его обратно в мешочек. Затем направил палочку на мужчину.
— Редуцио.
Прямо на глазах таксист стал уменьшаться в размерах. Когда он стал ростом с игрушечного солдатика, я аккуратно поднял его и погрузил в мешочек с расширенным пространством.
Выйдя из кэба, я направился пешком до вокзала. Сев на нужный поезд, доехал до платформы, от неё пешком рукой подать до причала, с которого отправляется корабль на Азкабан. На сам причал не пошёл, дошёл до моря и достал из мешочка корабль в глубокой заводи, увеличил его до нормального размера, перелетел в него с помощью метлы, которую достал из того же мешочка.
Мешочек у меня зачарован на совесть, он не просто имеет расширенное пространство, но и сам может уменьшаться до игрушечного размера.
Дальше дело техники… то есть магии. Дезиллюминационные чары на катер и на себя, чары от шума, трансфигурировал полный бак топлива и полный вперёд.
Не знаю, как так быстро доплывает до места парусник, на котором доставляют преступников и авроров в Азкабан. Есть подозрения, что он зачарован. Ибо мой катер делал на всех парах девять узлов, но при этом до места назначения пришлось добираться два с половиной часа.
Обманул меня менеджер. Он обещал девять узлов крейсерской скорости, хотя сразу зародились подозрения, что двигатель мощностью двадцать семь лошадиных сил неспособен нормально разогнать такое судно. Зато недорого. Какой ещё можно купить катер всего за десять с половиной тысяч? Точно не лучше этого.
Приближение к Азкабану почувствовалось по накатывающемуся ощущению безнадёги. Чтобы отогнать его и защититься от дементоров, я взмахнул палочкой и вспомнил ощущения от рождения дочерей.
— Экспекто Патронум.
Что-то маленькое серебристо-белое выплыло из кончика палочки. Если присмотреться, то можно различить маленького хомячка, напоминающего духа, который соткан из светящегося дыма. Это был весьма необычный хомячок: джунгарчик с серебристыми пейсами и умудрённым (жадным) взглядом.
— Таки ты знаешь, что делать.
Серебристый хомячок с серьёзным видом кивнул и забрался ко мне на правое плечо.
— Опять? Ой вэй, что за дух-хранитель мне попался? Обычные духи летают рядом с хозяином, а ты норовишь проехать верхом. Таки где ты видел ездовых евреев?
Серебристо-белый хомячок правой лапкой поправил пейсы и упал на спинку, с комфортом развалившись на моём плече.
Азкабан показался впереди во всей своей жуткой мрачности. Башня из чёрного камня возвышалась над скалистым берегом, о который с шумом разбивались волны. Вокруг тюрьмы кружили тени дементоров. Эти твари почуяли меня и стали слетаться к берегу.
К пирсу я сразу не поплыл, понятно же, что он будет под пристальным наблюдением. Забравшись на метлу, наложил на неё дезиллюминационное заклинание и взлетел над лодкой. Направив палочку на катер, уменьшил его, поднял в воздух и отправил в мешочек.
Три дементора, несмотря на невидимость, подлетели ко мне на расстояние пяти метров. Но резко сорвавшаяся с моего плеча серебристая молния напугала их. Это Телесный Патронус в виде хомячка или как говорят русские — дух-хранитель, отогнал тёмных тварей. Отлетев на десяток метров, дементоры зависли на высоте пяти метров над землёй и боялись приблизиться. Внизу бушевали холодные тёмно-синие волны, с грохотом накатывая на берег.
Долетев на метле до берега, я ступил на камни. Увеличил мешочек и запихал в него метлу. Затем достал маленький ошейник, уменьшил мешочек и в специальные завязки продел его в ошейник. Следом наступило время метаморфизма.
Взмах палочки, слова заклинания, сказанные шёпотом, и ненадолго кусочек земли превратился в зеркало. Черты моего лица в отражении поплыли, пока я вновь не стал похож на старого Сириуса Блэка. Пришлось зафиксировать образ усилием воли, теперь он сохранится минимум на несколько часов.
Взмахом палочки отменил трансфигурацию. Зеркало исчезло. Несколько дементоров подлетели слишком близко, в голове всплыли воспоминания, как я сижу в каменной камере тюрьмы… Серебристый хомяк сорвался с плеча и отогнал дементоров, плохие воспоминания отступили.