Первое — эльфы останутся рабами. В таком случае лет через тысячу-две окончательно деградируют и вымрут. При нашей численности и отношении со стороны волшебников подобное неизбежно. Для людей пара тысяч лет — это огромный срок, но для эльфов — это три срока жизни, то есть как для людей пара столетий.
Второе — объединить всех доступных эльфов в единое сообщество, жить где-то вроде острова или Хогвартса, активно размножаться и надеяться на чудо. Боюсь, что это нереально.
Маглы развиваются семимильными шагами, а волшебники топчутся на месте. Вскоре технологии выйдут на такой уровень, что обнаружить мир магии для маглов не составит труда. Думаю, сто лет, максимум пара столетий. Достанется всем, особенно нелюдям. Люди нетерпимы друг к другу — это нормально, что уж говорить об эльфах, русалках, гоблинах и прочих. Следовательно, пытаться как-то выживать нельзя. Нужно ассимилироваться с волшебниками и маглами, искать способы сосуществования или более качественного сокрытия.
Остаётся третий путь — ассимиляция. Минус тут один — через пару поколений эльфы растворятся в людской массе, но и плюс тот же самый. Наши потомки хотя бы не будут обречены на вымирание.
Это вечная проблема малых народностей. Что выбрать? Постепенное вымирание и проблемы, сопутствующие любому замкнутому сообществу, или ассимиляцию с крупными народностями? История человечества говорит, что второе будет лучшим выбором.
Мои скудные знания биологии подсказывают, что наши потомки должны будут позаимствовать как лучшие, так и худшие черты. Огромную магическую мощь и долгую продолжительность жизни с отменным здоровьем можно отнести к первому. Большие глаза и уши, а также пониженную волосатость, я бы отнёс к недостаткам. Но уже квартероны должны быть внешне больше похожи на людей. Возможно, когда-то подобным образом от каких-нибудь пришельцев с магическим даром появились все волшебники этого мира.
План, что и говорить, был превосходный: простой и ясный, лучше не придумать. Недостаток у него был только один: было совершенно неизвестно, как привести его в исполнение.
***
Снаружи раздался стук по двери кабинета.
— Войдите.
Неожиданности не произошло — дверь приоткрыл Кричер.
— Повелитель, к вам пришёл волшебник.
— Волшебник?
Эта новость меня неприятно удивила. Кто бы это мог быть?
— Да, сэр, — поклонился Кричер. — Мне впустить его или вышвырнуть вон пинком под зад?
— Пока обойдёмся без пинков. Кстати, Кричер…
Домовик застыл навытяжку, пока я оценивал его внешний вид. Белоснежная тога смотрелась неплохо, но пора бы уже переходить на нормальную одежду.
— Напомни мне принять тебя в полноценные слуги императора.
— Кричер сделает, повелитель, — поклонился слуга. — Если недостойному Кричеру будет позволено узнать, как это будет происходить? Кричер должен к этому подготовиться?
— Ничего сложного, — качнул я головой, после чего начал выбираться из-за стола. — Вначале я вручу тебе одежду, тем самым ты станешь свободным домовым эльфом.
Кричер уставился на меня большими глазами, в которых начали набухать слёзы. Его губы задрожали, а тело начала бить дрожь.
— Что плохого сделал Кричер, что повелитель решил ему дать свободу?
— Кричер неправильно понял Добби. Успокойся. Свобода — это лишь этап. После этого Кричер должен дать новую, другую клятву императору, после чего останется слугой эльфийского владыки и при этом получит право носить одежду. Это честь — Кричер станет полноценным эльфом, который подчиняется лишь императору, как это было когда-то у наших предков.
— Правда? — с недоверием спросил домовик.
— Конечно. Кричер, не задерживай нашего гостя. Впусти же его, я сейчас спущусь.
— Кричер рад оказанной чести, — шмыгнул носом домовик, при этом одарив меня фанатичным взором влажных глаз. — Кричер сейчас же впустит волшебника.
Успокоившись и взяв себя в руки, слуга телепортировался в холл.
Во время спуска с лестницы у меня было достаточно времени, чтобы разглядеть нежданного гостя. Это был мужчина в драном пальто, коренастый и небритый, с короткими кривыми ногами и длинными спутанными рыжими волосами. Дряблые мешки под налитыми кровью глазами придавали ему скорбный вид собаки вроде бассета. Карие глаза воровато бегали по обстановке помещения, словно визитёр подыскивает, как бы получше прибраться, как это делал я, к примеру, с сейфом Лестрейндж.
Прекратив прицениваться к картине, висящей над фальш-камином, визитёр обратил на меня всё внимание. Натянув фальшивую улыбку, он прокуренным голосом произнёс: