– Ты должна сама позвонить ему и рассказать о своих чувствах. – кричит мне в ухо Фиби. – Он к тебе дышит нервно, поверь мне!
– Что значит «нервно»? – останавливаюсь и смотрю на шатающуюся подругу. Ноги ее уже не держат, так что она находит поддержку в руке Тины.
– Полагаю, она хотела сказать «неровно». Пойдемте, нам надо подышать воздухом.
Уже оказавшись на продрогшей от ночной прохлады улице, опираюсь плечом о холодную стену. Жадно вдыхаю свежий, морозный воздух, медленно прикрывая глаза. Мысли не приходят в порядок. Тина и Фиби держатся друг за друга, нависая надо мной.
– Звонить первой мужику – себя не уважать. – кудрявая размахивает руками, активно жестикулируя. – Ты должна, прежде всего, любить себя. Мужик сегодня один, завтра второй. С ними даже говорить бесполезно!
– Согласна! – Фиби пытается накрасить губы дрожащей рукой. – Вон я позвонила Тиллю, а он с какой-то шлюхой. Отказался разговаривать и сказал, что очень занят.
В возмущении смотрит на раздосадованную подругу:
– Это ж ты предложила ему позвонить.
– Ничего подобного. Ты путаешь. Пьяньчуга.
– Катерина. – мулатка хватает меня за руку. – Просто сначала поговори с ним.
– Ты же сказала, что не надо, Тина.
Девушка тяжело вздыхает. Быть психологом отношений в пьяной женской компании – ее призвание.
Она смотрит в мои зеленые глаза с расширенными зрачками и продолжает:
– Запомни, Катерина, ты – женщина. Настоящая.
– Я женщина! – гордо повторяю и чуть не падаю пятой точкой на мокрый асфальт. – Сиськи у меня тоже свои!
– Она женщина с сиськами. – Фиби беспрерывно кивает головой.
– А кто у нас Леон? Он – мужчина!
Переглядываемся с почти уже лежащей на моем плече Фиби в недоумении, совсем не понимая, что этим хочет сказать Вудстен. Пошатываясь, опираемся друг о друга.
– Должна показать мужлану, чего ты стоишь на самом деле.
Черт, она права! Захлебываюсь в возмущении.
– Никогда больше даже не гляну на него. Вот возьму, и пойду завтра на свидание с Джихёном. А он ведь такой милый!
– Правильно! – блондинка поднимает торжественно кулак. – Тилл тоже в клубе с какой-то Хёной. Вот козел.
– Правильно! Поэтому, позвони ему сейчас и скажи, что больше даже не посмотришь в его сторону.
Данное решение кажется для меня самым верным. Пусть знает, что я даже на него не посмотрю никогда больше в жизни. Судорожно начинаю рыться в глубокой сумке в поисках телефона.
И когда желанная находка оказывается у меня в руках, вдруг осознаю, что не могу даже пальцами попасть в буквы, чтобы ввести пароль и разблокировать телефон.
Тройная женская сила и ловкость, наконец, справляемся с этой непростой задачей, а за ней появляется следующая не менее глобальная – найти в записной книжке номер телефона Леона.
– Я могу растолковать своему брату, какой он мудак. Хочешь? – Фиби гордо расправляет плечи и заглядывает в экран моего мобильного телефона. – Прям всё ему выскажу.
Кудрявая бестия грубо пихает к моему уху мобильный телефон, пока я пытаюсь держать волосы опорожняющей желудок Фиби. Кажется, эта утонченная красотка заблевала уже все дизайнерские клумбы.
За одним гудком следует другой, и так проходит еще несколько перед тем, как данная идея показалось мне провальной:
– Девочки, он не примет от меня звонок. – придерживаю гладкие волосы Циммерман, пока та занимается не очень благородным делом. – Он меня десятой дорогой обходит.
Блондинка настолько пьяна, что уже готова упасть на тротуар, но я мертвой хваткой пытаюсь удержать ее на высоких каблуках.
Выражение лица Тины не предвещает ничего хорошего, однако, выглядит она так, словно в эту секунду готова завоевать весь мир и даже больше. К сожалению, блондинке совсем стало плохо. А мне откровенно не хотелось ехать домой, поэтому я остаюсь в шумном баре пропустить еще пару стаканчиков.
Мне хочется громко ругаться и сидеть в обнимку с бутылкой хорошего виски. Открываю глаза, разрушая свою беззвучную иллюзию покоя в голове.