– Неужели? – пухлые губы почти касаются моих, но я не позволяю ему этого сделать, придерживаясь строго установленной дистанции. – Может быть продолжим разговор в более укромном месте? – к этому моменту Хазе лукаво замедлил ритм движений, позволяя раствориться в музыке.
Молодой мужчина выглядел спокойным, и это сбивало с толку. В груди же ревело зудящее чувство вины. Со страстными игрищами пора заканчивать.
Даже с Леоном я не позволяла себе в порыве ярости дойти до подобных действий. Кровь в жилах бешено разгонялась. Кажется, Генрих считает, что я поведу себя, как любая дешевая шлюха в этом городе.
Сука. Снова этот эгоистичный ублюдок всплывает в моих мыслях. Я была готова поклясться, что пару минут назад видела его напыщенное лицо в бушующей толпе. Хитрую ухмылку. Черт, мозги набекрень.
Вдруг мне стало противно от самой себя. Замерла, быстро хлопая глазами. Парень наблюдал за тем, как румянец окрашивает мои щеки. Жаркий, душащий. Безусловно, Генрих Хазе был тем самым мужчиной, который бесстыдно крал сердца миллионов женщин по всему миру, при этом совсем не чувствуя себя виноватым. К счастью, я не относилась к этой ведомой толпе обожательниц.
– Пойдем, отдохнем немного? Кстати, ты забыл про коктейли? – ловко выскользнув из цепких рук молодого человека, я практически побежала в сторону бара. Мне нужна была пауза, чтобы обдумать план отступления. Сделав большой глоток какого-то мутного напитка, дрожащей рукой я опустила стакан обратно на гладкую столешницу. В желудке у меня урчало.
Ухмыляющийся Генрих поспешил присесть на рядом стоящий стул. Мне хотелось выдавить из себя пару тройку шуток, но голос предательски выдавал внутреннее волнение. Однако, курчавый совсем не обратил на это внимания. Продолжая довольно улыбаться, он небрежно кинул золотистый IPhone перед собой:
– Я вызвал нам такси.
Вот. Теперь. Вляпалась.
От собственных мыслей я вздрогнула. Прихватив с барной стойки свою небольшую сумочку, я поднимаюсь на ноги, ощущая, как Земля в темпе вальса делает один за одним круги вокруг своей оси.
Словно не замечая моего ужасного смущения, Хазе галантно накинул свой черный пиджак мне на плечи и позволил взять его под руку, чтобы поскорее удалиться. Посетители бара с острым чувством наживы, наверняка, слили чертову кучу фотографий в Интернет, на которых были запечатлены наши не совсем трезвые танцы.
– Генрих, вечер был просто чудесным. – голос практически вибрировал от напряжения, едва мы оказались возле автомобиля. Я действительно не могла поверить в то, что происходило сегодняшним вечером. – И очень мило, что ты позаботился мне о такси. – мне не хотелось вовсе, чтобы изрядно подвыпивший парень смог раскусить план исчезновения ровно до того момента, как он собственно и осуществиться.
Забыла пальто внутри. Да и шут с ним!
Мимолетно коснувшись губами щеки молодого человека, я поспешила скрыться за дверью автомобиля.
– В Гезундбруннен, пожалуйста.
Послав на прощание недоумевающему мужчине воздушный поцелуй, я попросила расторопного водителя побыстрее отправиться по указанному адресу.
Хватит с меня жестоких игр с голодными львами. Пора достойно попрощаться с Леоном Циммерманом, оставив всё произошедшее позади. Кажется, я созрела двигаться дальше. Симпатия к нему больше не висит тяжелой гирей на моей шеи и не заставляет тонуть в водовороте событий.
Мне было тяжело. Столько эмоциональных усилий я последний раз прикладывала разве что никогда.
Беру в руки мобильный телефон и очень коротко пишу Джихёну о том, что действительно жду встречи с ним. Надеюсь, я смогу найти в нем друга, в котором так сильно нуждалась. Опору и поддержку. Отношения без подтекста. Кажется, пора поднять глаза и увидеть на горизонте широкий спектр возможностей.
Chapter # 19. Четыре месяца спустя
«Здравствуй, дочка!»
Серьезно? Спустя столько времени моя мама решила начать письмо именно с этих слов.
Она перестала обращаться ко мне так с тех самых пор, как я объявила, что после окончания университета, не смотря на их с отцом видение моей судьбы, я хочу распорядиться своей жизнью сама. Даже, если бы у меня ничего не вышло, я бы не сильно огорчилась. Ведь лучше попробовать испытать судьбу и подергать ее за причинное место, чем после сожалеть, что даже не пытался не следовать чьим-то ожиданиям.