Хотя порой мне кажется, что моя мама всё же была права, ведь послушав ее тогда в трехкомнатной квартире на окраине Москвы, моя жизнь строилась намного бы легче.
Мне не пришлось пережить многое, что так сильно хочется забыть. Стереть чистой тряпкой из запятнанной памяти.
В первые дни после объявления я не покидала своей крохотной квартирки. И когда внезапно приезжала в родительский дом на ужин или же просто заходила в гости, чтобы навестить младшую сестру, мама всем своим видом показывала, что она категорически против моего безумия.
Я постоянно замечала осуждение в ее глазах, которое она, в конце концов, решила прятать. Она, целое лето смотрела на свои руки, в свою тарелку и куда-то еще, только не в мою сторону. Доводила меня до точки кипения, которая опасно граничила с бурлящей яростью.
Если бы не было этого вечного противостояния родителей и детей, я бы, вероятно, провела чудесное лето в окружении любящих меня семьи. Ведь на тот момент, я еще даже не подозревала, чем для меня обернется покупка билета в один конец. И насколько сильно перевернется моя судьба с ног на голову. Много людей мне пришлось потерять навсегда, следуя своим желаниям. Оставить их в туманном прошлом.
Но, к сожалению, в нашей жизни не всегда всё идет так, как нам этого хотелось бы. Вот и у меня семейная идиллия превратилась в руины. Иногда, мне мерещилось, что я тронулась умом за эти злосчастные три месяца, пока нескончаемое количество инстанций, с остервенением выпытывающих у меня информацию, гоняли с документами по кругу. Им нужны были подробности того, что затевалось у меня в голове, где я собиралась остановиться, и чем должна была зарабатывать себе на жизнь, чтобы не нарушить и без того суровые законы для иностранных иммигрантов. Задавали вопросы о моих родителях, которые на протяжении долгого времени были лишь грустным воспоминанием. Они не поддерживали меня.
Черт! Мне захотелось выругаться.
Тем самым летом, после окончания университета, когда всё, собственно, и началось, родителей будто подменили.
В силу своего возраста, я вышла из-под контроля. Мне было душно в попсовой Москве среди одних и тех же улиц, людей и взглядов. Среди приевшегося образа жизни. Приторной стабильности. Границы должны расширяться не только в голове, но и на карте.
Однажды придя к родителям в гости, я не могла не отметить, что отец начал вести себя странно. Мы с сестрой делали вид, что не замечали. Алиса знала, что папа не расскажет ей ничего, однако иных вариантов не было. Даже мама изменилась. У нее появились темные круги под глазами. Имея дурную привычку, вечно чрезмерно опекать своих детей, она сама того не замечала, как настраивала остальных против объекта своего обожания.
Иногда по выходным, она оставалась со мной наедине и могла часами не проронить не слова, или же наоборот старалась всем видом показать насколько ей неприятны мои неблагодарные действия. Мне приходилось ощущать на себе непомерный груз вины. В груди шевелился неприятный холодок. Почему она отдаляется от меня.
А вдруг мы больше не сможем, увидится?
Так прошло несколько недель августа, а затем, как было задумано, я взошла на борт лайнера, который белоснежной стрелой взмыл в небо. Родители даже не проводили меня в аэропорт.
Самолет унес меня туда, где я позволила себе ненадолго забывать о том, что происходило на родине.
Прошло достаточное количество времени, и множество Интернет-источников запестрило взволнованными статьями о появлении никому неизвестного портала, команда которого внесла неприличного размера взнос во влиятельную женскую организацию WEDO. Замелькало и моё имя. Благородство взыграло внутри? Не без этого. Скорее балом Сатаны правил первоклассный маркетинг и богатый корейский покровитель. Ведь если хочешь, отмыть свою репутацию от мелких грешков прошлой жизни, жертвуй на благое дело, как завещали нам мудрые предки. Работает безотказно.
Когда моя нога впервые ступила на многострадальную немецкую землю, я не думала, что фортуна будет ко мне благосклонной.