Взгляд резко соскальзывает с его затуманенных алкогольным дурманом глаз на жилистую шею. Сознание тут же рисует картину: он, чрезмерно грубый и необузданный, откровенно наслаждается моим безотказным грязным положением. Жар ударил в щеки. Рука сама поднимается вверх.
Пальцы медленно скользят вниз по шероховато ткани черной словно смоль футболке, почти не касаясь, дрожа. Дыхание молодого мужчины срывается, и он приоткрывает рот, втягивая в себя больше воздуха.
Почему он все время молчит? Зато я болтаю без умолку.
Воздух накаляется до предела. Горячо, жарко, страстно. И сердце заходится.
Реального мира вокруг просто не было. Был лишь его очередной раз равнодушно размыкающий мои опухшие губы. Впивающийся, проникающий, ненормальный, равнодушный. Господи, я так хотела почувствовать его безумный обжигающий лед, так отчаянно хотела. Слышать звучание хрипловатого тона, чувствовать напряженное тело, прижимать к себе пусть и ненадолго.
Снаружи стали едва различаться пьяные голоса.
Моё сознание не слышит хлопка закрывающейся двери уборной – лишь отдаленно, будто сквозь тысячу стен, но мне же было всё равно, потому что сейчас, прямо сейчас это был он. Со мной рядом. Хоть и ненадолго, пока меня не отпустит действие веществ. А потом, я пойму, что занималась сексом с каким-то наркоманом и, не дай Бог, что-то от него подцепила.
Самозабвенно устало припадаю обнаженными плечами к прохладной каменной стене, вынудив руки шатена соскользнуть вниз, к моей талии. Туда, где уже слегка задралось и без того миниатюрное платьице, позволив подушечкам пальцев обжечь хозяйку.
– Давай займемся тем, зачем пришли. – не узнаю собственный голос. Глухой и низкий. Чужой. Посылающий бешеную дрожь по спине и животу, вниз. А главное, это действительно я предложила?
Он поднимает руку и проводит пальцем по моим губам. Слегка покрасневшим, заставляя замолчать. Не позволяя мне произнести и жалкого звука.
Смотрю на него. Прямо на него и тону. Слишком быстро тону в море его глаз. Сквозь лихорадочные вдохи пытаюсь найти саму себя в ворохе чувств, поднятом из самой ее глубины. Поднятом им.
Жесткое движение ладонями вниз, по моей спине. Достигая поясницы, рывком прижимает к себе, к своей сильной груди и пульсирующему паху. Леон не на секунду не задумываясь, рывком задирает подол моего мини-платья.
Дернулась. Дыши, Катерина. Только дыши.
Но не могла, слыша лишь рев бушующей крови в ушах. Чувствуя его сквозь плотную ткань джинс. Взгляд Леона горел, изучая моё выражение лица. Челюсть сжата, а дыхание прерывистое и горячее.
Это сводило с ума. Реалистичность момента.
Он грубо толкнулся ко мне бедрами, прижимая к двери.
Мертвой хваткой впиваюсь в его плечи, в ткань футболки, комкая, заставляя прижиматься ближе, когда он начал решительно двигаться. Скользя пахом по моему животу и бедрам, сминая в кулаках мягкий черный атлас. Ощущала его обнаженной кожей, ощущала его сладкий запах.
Черт, нет. Щварц, не будь идоткой… Это же так грязно – хотеть парня в туалете ночного клуба. До боли хотеть, проживая вновь и вновь прикосновение горячих рук к груди и сжимающиеся на сосках пальцы.
Не сдерживая стона от ощущения движущейся вверх по голой ноге руки, закусываю до боли губы. Еще шире раздвигаю бедра, приглашая коснуться дальше. Это было помутнения, не иначе. Чувствую прохладную, сухую ладонь, скользящую, дразнящую… пальцы достигли мокрой ткани нижнего белья. И это прикосновение заставило распахнуть глаза. Встретиться с лазурными глазами напротив.
Его ухмылки. Мягкого движения головы вниз.
Он грубо хватает меня за бедра, наверняка зная, что на чувствительной коже останутся багровые отметены, заставляя из последних сил обхватить его тело дрожащими ногами. Хребет уперся в твердую перекладину на стене, и, наверное, мне было бы больно, если бы я осознавала хотя бы что-то.
Его взгляд прямой, распахнутый. Полный решимости. Шатен ясно дал понять, что и секундочки не потратит из своего драгоценного времени, чтобы хоть немного разобраться в моих ощущениях. На первом месте собственное удовлетворение желания. Ведь и так я уже всё получила