Нет, строгие нравы не позволяют мне держать рядом с собой подобные экземпляры женской глупости. Я слишком разборчив.
Незаметно, отвернувшись к приоткрытому окну, с пассажирского сидения я тихо засмеялся своим мыслям.
– На выход, дамы. – Николас резко останавливает машину.
Chapter # 8. «Те, на кого надеешься, могут погубить, а те, кем пренебрегаешь, – спасти»
– Лео, твою мать, ты совсем сдурел? – судя по интонации, девушка была не в самом лучшем расположении духа. – Ты своей головой понимаешь, что ты натворил? Для тебя это всё игрушки, а девчонка сейчас валяется в отключке на моей кровати. И если бы я ее там не нашла, ее бы, нахрен, посадили сначала в камеру, а потом депортировали из страны за употребление наркотиков. – открыть глаза я не смогла, но хорошо понимала, что услышала то, что не должна была. – Тилл, ну что же ты молчишь? Скажи этому идиоту, что, если бы не ты… Последствия были бы плачевными.
– Леон ты идиот. Фиби, ты этого от меня ждала? – произнесли губы со вздохом. – А то, что мне посчастливилось найти девчонку раньше копов, скажем так, случайность. Проблема в том, что на Катерине остался его биологический материал. После того, как она очухается, может подать заявление в полицию. – снова пауза. – И, чувак, она напичкана экстази, как индейка яблоками на День благодарения. Копы ей поверят.
– Ты дал ей карт-бланш? – женский голос звучал громче, чем в предыдущий раз. – Понимаешь?
– Сейчас она лежит здесь. Давайте думать.
– Думать о чем?
– Как выкручиваться из этой дерьмовой ситуации.
– А что касается тебя – Леон Франклин Циммерман – с тобой разговор еще не закончен. Ты крупнейший в мире кретин! Я не устану говорить тебе это в лицо вечно! – девичий голос визжал. И, кажется, ее собеседника это забавило. – Как тебе взбрело в голову подойти именно к ней? Тебе других в клубе было мало? Почему именно она, блин?
Оглушающую тишину нарушает довольно откровенная усмешка в бархатном голосе:
– Ни тебе меня судить, сестренка. Теперь же, что касается твоей ненаглядной подружки, – произнес молодой человек, всплескивая руками, – если у вас такая крепкая и чистая дружба, то нехер ее таскать по подобным заведениям. Сама же прекрасно знала, чем это всё могло обернуться. И обернулось, собственно. – он прочистил горло. – Кстати говоря, я просто принял ее за безумную фанатку, которая следит за мной.
– Ты трахаешь просто всё, что движется!
От бессилия я едва могла заставить себя приподнять безумно тяжелые веки.
– Обычную фанатку, говоришь, в платье от Dior? Головой ударился?
– Фиби, тут такое дело… – высокий блондин сделал шаг к девушке, но она торопливо отступила.
– Не вмешивайся, Тилл! – блондинка, в растрепанном вечернем платье, сложила руки на груди, глядя прямо на своего собеседника, лица которого, к счастью, я не увидела, так как он стоял, повернувшись ко мне широкой спиной. – Нужно было думать, прежде чем идти на поводу у своих инстинктов, кабель. Разгребать последствия твоей бурной личной жизни, конечно же, будешь не ты, и даже не твоя любимая Лолли – а именно я. – указывает пальцем на меня. – И, если она хоть что-то скажет прессе или полиции, твоя репутация полетит к чертовой матери. И тебя могут обвинить в чем угодно!
Знакомая интонация. И сразу в горле ком.
– Фиби!
– Да, черт бы тебя побрал, Сагстер! Что случилось?
– Катерина. Она вроде очухалась…
Мгновенно три пары глаз были устремлены на меня.
– Доброе утро, девочка. Господи, Катерина, знала бы ты, как нас всех напугала. – меня привели в сознание слова приятельницы и, едва раскрыв глаза, я еще некоторое время рассматривала комнату, вспоминая события минувшей ночи. Мысли отчаянно отказывались собираться воедино.
– Мне так плохо, тошнит. – пытаюсь взглотнуть, но не получается. – Фиби, а можно вопрос?
– Конечно, Катерина! – с улыбкой облегчения произносит немка, осторожно присаживаясь на кровать возле меня.