Толкаю неразобранный чемодан ногой, бросая тяжелый взгляд в сторону платинного шкафа. Им я пользоваться не собираюсь в ближайшее время. Даже толком распаковывать нужные мне вещи не собираюсь. К черту всё это дерьмо.
Разозлившись на постоянные негативные мысли в своей воспаленной голове, рывком расстегиваю молнию увесистого чемодана и вынимаю из него разрисованную яркими красками белую толстовку с черными легинсами для сна. Совсем не помню, откуда они у меня появились, возможно, по ошибки так и не вернула их Еве при наших последних встречах. Торопливо натягиваю всё это добро на себя и попутно поправляю лямки потрепанного черного лифчика, который причинял дискомфорт, до боли сильно сжимая грудь.
Стоило швырнуть им Циммерману в лицо, ведь если нагло пользуется моим помутненным сознанием и безвольным телом в туалетах ночного клуба, то пусть покупает новое белье.
Неспешно подхожу к напольному зеркалу, оценивающе рассматривая себя с ног до головы. Встряхиваю подросшими каштановыми волнами волос. Морщусь от неприятной колкой боли, аккуратно снимая золотые колечки из ушей. Последний подарок моей мамы перед тем ужасным днем, когда она узнала, что я являюсь изрядно хреновой дочкой и не планирую строить свою жизнь так, как она когда-то запланировала для меня.
Моя мама сначала умоляла меня, а потом и угрожала от отчаяния, чтобы я не плевала на мелькающие впереди возможности стать «рабочей пчелкой» в большой корпорационной машине, чтобы не бросалась, сломя голову, с двумя большими чемоданами на первые рейсы после выпускного. Полагаю, про таких молодых людей, как я, более старшее поколение на моей родине говорят «непутевые». Довольно странно, что, будучи студенткой последнего курса в престижном университете, меня подобные мысли не посещали. Но после того, как на моем жизненном пути оказался Циммерманн, я периодически стала прокручивать всё то, что случалось со мной до встречи с ним, и жить стало намного сложнее.
Что ж, сделала выбор вопреки и с жертвами, будь готова стоять на своем до конца.
Глухой грохот за дверью. Мгновенно выныриваю из глубины своего сознания на шум и резко поворачиваю голову по направлению к двери. Немного промешкавшись, всё же беру волю в кулак и решаюсь выглянуть в пустой коридор, чтобы понять, что является источником грохота посреди ночи. Сжимая крепко в руках зубную щетку, аккуратно поворачиваю дверную ручку и выглядываю в щель.
Голоса. Кажется, они доносятся с первого этажа большого дома.
Минуточку, а меня вообще происходящее должно как-то волновать?
Недовольно хмыкаю себе под нос, полностью выходя в коридор на цыпочках, и бесшумно закрываю дверь, начиная оглядываться в поисках источников звука. Мне совсем не хочется случайно встретиться с кем-нибудь из постоянных гостей, которые периодически шатаются по пустым коридорам в поисках кухни или своих гостевых комнат.
В очередной раз со смирением принимаю тот факт, что периодически я являюсь тем самым «неспящим гостем» для большой семьи, который иногда выходит из замкнутого помещения, чтобы совсем не потерять социальные навыки и прогуливается до комнаты Фиби. Очень странный факт, но Фиби стала для меня кем-то очень близким за время пребывания в Германии. Хотя одной из причин череды моих личностных бед была, несомненно, ей непоседливость и инфантильность.
Белокурая красотка – полная противоположность Евы, но мне так не хватает старых друзей рядом, что приходится «якшаться с врагами».
Снова громкие голоса, которые почему-то начинают бурную словесную перепалку. Вот только теперь приходит осознание, что они становятся громче и ближе. Данный факт вынуждает меня ускорить шаг в сторону другого крыла дома, чтобы быстро миновать приближающуюся проблему в лице подвыпившего Леона и какого-то парня, что так жевал жвачку и надувал шары-бабллгам, судя по звукам.
Не успела. Черт меня дернул беспричинно наведаться к младшей Циммерман.
На лестничном пролете прямо перед хорошо освещенным холлом, двое парней столкнулись со мной лицом к лицу. Как ни странно, но прибывающий в хмельном настроении Леон даже не соизволил окинуть меня взглядом полным презрения. А скорее на оборот, будто совсем не замечал моего присутствия, в то время как Николас покосился, игриво шмыгнув носом: