Быстро проскакиваю мимо Леона, который докуривает сигарету, и останавливаюсь на последней ступеньке. Так я оказываюсь вне зоны досягаемости. Разговоры с ним слишком утомляют. И я не готова их начинать.
На улице Леон ведет меня к своей машине и, к моему удивлению, даже открывает мне дверь. Но я стою, скрестив руки на груди, и сверлю его взглядом.
– Не обольщайся, просто пытаюсь тебя поторопить.
Я качаю головой.
– Да ты, оказывается, можешь быть человеком.
Мы снова смотрим друг на друга. Он меня просто бесит.
– Садись в машину.
– Почему я должна с тобой куда-то ехать, если ты мне даже не объяснил ничего. – говорю я, и он стискивает зубы сильнее.
Я так и знала. Леон просто желает избавиться от меня до отъезда. Это единственная причина, по которой он меня вытащил из дома.
– Потому что я так сказал. Так будет лучше для нас обоих.
– Интересное заключение, а позволь поинтересоваться «лучше» в чем?
Подавляя внутреннее сопротивление его упрямой натуре, сажусь в машину.
Циммерман всё еще злой, когда выезжает с территории особняка. Врубает музыку на полную громкость. Я тянусь и выключаю ее.
– Не трогай магнитолу. Пальцы сломаю. – кричит тот. И снова врубает звук на полную громкость.
– Если ты продолжишь быть таким скотом, то можешь высадить меня на обочине. – самоуверенно заявляю. В колонках всё еще продолжает петь Machine Gun Kelly.
Совершенно уверена, что я сдержу слово и даже пну ногой багажник его BMW. Если он не прекратит – мне всё равно, где мы будем. Доберусь автостопом или как-нибудь еще. Да хоть пешком.
– Тебя никто не высадит. Только оставь в покое музыку.
Ненароком вспоминаю, как Леон обходился со мной. От этих воспоминаний мне хочется вырвать магнитолу и выкинуть в окно на большой скорости. Если бы я знала, как вытащить ее из приборной панели, так бы и сделала. Даже не посмотрев на стоимость.
– Объясни, зачем и куда ты меня везешь?
– Мы едем в летний дом моего продюсера. – тихо отвечает шатен, задумчиво глядя на дорогу.
Снова смеюсь, а он хмурится.
– Я эскортом не занимаюсь, мог так ему и передать. Спать ни с кем я не буду.
Не могу удержаться от колких фраз.
Леон качает головой, но покорно молчит. Он громче включает музыку. Вой электронных басов буквально режет уши.
Кажется, я знаю эту песню. The Hills. Крайне удачный кавер от Catie Lee. Задает атмосферу настроения, которая имеет легкий аромат эротики.
– Тебе не надоело кусаться со мной?
К моему удивлению, парень убавляет громкость, оставляя пение приятным фоном. А затем хитро улыбается и резко крутит руль.
– Нет.
– Но я ведь ничего не сделала тебе плохого.
– Ты занозой в задницу вклинилась и не хочешь никак исчезать. Сколько бы усилий я не прикладывал.
– Мне не понятны твои мотивы.
– А тебе и не нужно их понимать.
С такой улыбкой он кажется спокойным, особенно сейчас, когда ветер из опущенного окна развевает его каштановые волосы. Леон поднимает руку и крутит у виска.
– Если бы не вся эта дичь с таблетками в клубе, ничего бы не произошло. – уверенно отвечаю я. – И на бис, ты сам потащил меня целоваться.
– Ты сильно не сопротивлялась, явно знала, кто я такой.
Я поворачиваюсь и сверлю его ненавистным взглядом, он морщится и смеется от такой реакции.
– Мне казалось, ты был моим глюком, понимаешь? – искренне улыбаясь, говорю. – Просто я случайно попала на съемку вашего промо ролика. Там же и познакомилась с Тиной. Ну, кудрявая такая на вечеринке. – голос становится всё спокойнее. – Только на сцене я увидела, как ты выглядишь. До этого дня песен то ваших не знала.
Если мы сможем поддерживать такое настроение до конца поездки, как сейчас, то будет действительно неплохо. Смотрю в окно и понимаю, что не представляю, где мы находимся.
– Которая на Клауса весь вечер пялилась? Да помню, симпатичная. – вот опять он за свое. Опять Циммерман о «юбках». – Она тоже ему понравилась, внешность необычная.