Всё это время я находилась в двух часах езды от дома девушки, но после всего случившегося это расстояние казалось намного больше. Я не приезжала к ней с тех пор, как попалась в ловушку Леона. После подписания контракта, Тина поговорила со своим отцом, и постепенно о моей просьбе в полиции забыли. Но при этом, он рассказал мне о том, как легализовать свой бизнес на территории Германии. Если бы не множество дел, с которыми я сталкивалась каждый день в офисе, я бы наведалась к девушке и ее семье в пригород уже много раз. Проезжаю мимо очередного поворота и заставляю себя не отрывать взгляд от дороги. Приеду с благодарностями позже.
Подъезжаю к дому семьи и выскакиваю из машины такси. Подхожу к двери и не понимаю, надо ли мне стучать до сих пор. Удивительно, но и входить без стука тоже не очень удобно.
Решаю просто войти. Вижу Джейн. Она стоит возле лестницы – накрашенная, одетая в дорогую одежду и на каблуках, будто на выход. Разуваюсь у входа, предполагая, что ей не понравится, если я пройду по отполированному паркету в мокрых от дождя ботинках.
– Как раз собиралась перекусить, не желаешь присоединиться, Катерина? – любезно интересуется она.
Кушать мне не хотелось, а вот выпить чашечку ароматного чая я была совсем не против. Чайная зависимость у меня от матери.
– Да, спасибо. Было бы неплохо.
Иду за ней на кухню и сажусь за большой стол, не зная, с чего начать.
– Тебе идет смена стиля. – напрямую говорит женщина. – Вижу, что в твоем поведении что-то радикально меняется. Это мой сын на тебя так влияет?
Я делаю глубокий вдох, затем глоток чая и лишь после этого отвечаю:
– Разумнее было бы сказать, что на меня имеет действительное влияние темп жизни, в котором мне приходится двигаться.
Ее лицо не выражает никаких эмоций.
– Не могу не согласиться с тобой. – Джейн тщательно пережевывает листья салата, а после чего спокойно добавляет. – Последний месяц тебя практически не бывает дома. И поздно возвращаешься.
– Да, вы правы. У меня появилось что-то вроде постоянной работы. – спокойно отвечаю я. – Если так пойдет и дальше, то в скором времени я смогу получать неплохие деньги и стать самостоятельной.
Пытаясь забыть о чувстве страха и подготовиться к ответу, обхватываю обжигающую кружку обеими руками.
– Мне казалась, ты уже более, чем самостоятельная девушка.
– Мне тоже так казалось, но со временем жизнь доказала обратное. – не знаю, зачем я выдаю такие душевные переживания матери своего обидчика.
– Думаю, твои родители гордятся тобой.
– Буду надеяться на такой исход событий.
– Почему ты так думаешь? – удивленно спрашивает она.
– Я показала себя ни как послушная дочь и пошла наперекор.
– Такое поведение вполне нормально в твоем возрасте. – очень светлой и добродушной улыбкой одаривает меня Джейн. – Мой сын, например, никогда не был образцом примерного поведения. А уж послушания тем более.
Понимаю, что упускаю многие детали, но по-прежнему чувствую, что мне хочется откреститься от сравнения нас с Леоном. Я ругаю себя за эту глупость, за то, что позволяю себе открывать душу постороннему человеку.
– Мы очень разные с Вашим сыном.
– Мне кажется, что как раз и нет. Вы с Леоном слишком похожи, и в этом заключается весь конфликт.
– Почему мы говорим об этом?
– Для поддержания приятной беседы. – женщина отпивает кофе; на кружке остается след от красной помады. – Уверена, нужно попытаться поладить.
– Я Вас поняла, миссис Циммерман.
– Мне было бы приятно видеть меньше пустых распрей в стенах этого дома.
Мне просто нужно было поговорить с ней, нужно, чтобы она меня поддержала. Я поднимаюсь, смотрю на нее, обвожу взглядом кухню. Она это серьезно? Не может быть.
– Я должна поблагодарить Вас за доброту ко мне. – уверенно отвечаю я.
– Катерина, это минимальное, что я могла сделать для тебя. Ты вызываешь у меня наибольшую симпатию из многочисленных спутниц Леона.
Я готова рвать на себе волосы. Или на нем. Неужели, во все свои похождения Циммерман всегда впутывал мать?