Она такая красивая. И сегодня выглядит моложе.
— Привет!
— Ты не занят? — осматривает почти пустой зал.
— Я весь твой, — выпаливаю. На что Нелли застывает. И даже почти не дышит. — Хочешь, сделаю коктейль?
— Я на работе, — смущенно произносит.
— Безалкогольный.
— А с чем он?
— Я удивлю тебя, — подмигиваю. По ее лицу начинает расползаться улыбка, но быстро исчезает, когда Нелли заламывает руки и переминается.
— Я хотела спросить, как дела у Мити?
— Ничего не изменилось с выходных, — я сразу понимаю, о чем она спрашивает. — Мадина угрожает, он психует.
— Как же это все печально… Я всю ночь ворочалась, когда пришла домой в субботу, не могла заснуть. И в воскресенье думала об этом весь день, — понизив голос, признается она.
Я киваю, но в голове у меня фиксируется только одна мысль: она ворочалась и не могла заснуть. Значит ли это, что той ночью она так и не встретилась с Ринатом? Она провела ночь одна?
Меня омывает облегчение от этой мысли.
А какая, собственно, разница. Если в ту ночь одна, то в другие — нет.
— Мне кажется, тут что-то не сходится, — грустный голос Нелли возвращает меня к реальности.
— Ты о чем?
— Ты сказал, она не просила отвезти ее к дочери. Сразу начала скандалить. Если бы я хотела увидеть дочь, я постаралась бы найти общий язык. Была бы предельно вежливой и деликатной.
— Но она не такая, как ты. Даже близко нет. У нее другой характер.
— Даже если у нее стервозный характер, — качает она головой, не соглашаясь со мной. — Когда людям надо, они умеют быть вежливыми. Меня бы в первую очередь волновало здоровье и самочувствие дочери. И я хотела бы хоть глазком посмотреть на нее, хоть издалека. А ты говоришь, она ни разу об этом не заикнулась.
— Неа. Я почти всю беседу слышал.
— Да. Я тоже слышала частично. Она угрожала судом. Я все думала… это странно. Будто ее мотив был в другом. Не в том, чтобы увидеть дочь. Понимаешь?
Она объясняет подробнее, что имеет в виду.
Пока Нелли говорит и говорит, меня пронзает осознание того, какая же она красивая и внутри тоже. Добрая. Отзывчивая. Сочувствующая. И неравнодушная. Я редко по жизни встречал таких женщин. Почти никогда.
— Нужно обязательно проверить эту теорию! — заканчивает она свою тираду с воинственным блеском в глазах. Ее материнский инстинкт делает ее такой решительной и прекрасной.
— Я поговорю с Митей, когда увижу его дома вечером, — заверяю ее, Потому что вижу, как для нее это важно. Для меня тоже важно. Не хочу, чтобы друг страдал.
— А как у вас с мужем все прошло при разводе? — сам себя удивляю вопросом. Но мне хочется задержать ее любыми способами, а то она уже посматривает в сторону кухни. Народу-то в зале немного. Можно и задержаться еще немного.
— У нас все прошло тихо-мирно. Мы остались в дружеских отношениях. Почти.
Я ухмыляюсь. Это ее почти очень красноречивое.
— Конечно, мы не воевали за опеку над Ками. Я рада, что он на самом деле хочет общаться с ней. Так что их совместные выходные — это не обязаловка для него. Я это чувствую. И главное — дочь это чувствует. Что папа, пусть и живет не с нами, но любит ее.
— Значит, вы проводите время втроем? — прищуриваю один глаз. Опять лезу в личное пространство. Знаю. Да. Но ничего поделать не могу.
— С чего ты взял?
— Раз ты наблюдала за его отношением. И общением с Ками.
— Для этого не надо много времени. Искренность видна сразу.
Снова мы подвисаем, разглядывая лица друг друга. Ее тонкий запах кружит мне голову.
За все это время я едва прикоснулся к ней, а так хочется. Особенно когда она стоит близко. Слишком близко, чтобы не протянуть руку, не вжать ее в себя. И тонуть, тонуть, тонуть.
— Кхм, — опускает глаза и делает маленький шаг назад. — Кстати, в ту субботу он познакомил нас с Ками со своей девушкой. Они уже несколько месяцев встречаются. Так что у них все серьезно. Я предупреждала его, что он должен быть на сто процентов уверен в новой женщине, прежде чем знакомить ее с дочерью, — тараторит она. — Она мне понравилась. Очень милая девушка. И Ками она понравилась.
Ммм. Значит, к мужу у нее точно все. Никаких намеков ревности в голосе или взгляде. Никакой неприязни.
Одним меньше.
Хотя опять же, какая разница? Оскар был прав. Я не ищу серьезных отношений. Тем более брака. Я привык отвечать только за себя самого.
А Нелли четко обозначила, чего ждет от мужчины. Я должен это уважать.
Она не ищет временных удовольствий и развлечений. Но если она решит оторваться как следует без обязательств, я буду к ее услугам.
26
26
Застонав от разочарования, бью кулаком по подушке. Смотрю на часы на экране телефона. Третий час ночи…
Снова этот же сон. Я. Нелли. Машина на пустой трассе.
Разница только в том, что когда мне приснился этот сон в первый раз, я трахал ее на капоте. Сегодня девочка моя осмелела, затащила меня на заднее и оседлала. Скакала на мне обнаженная и дикая, как богиня.
Мой член двигается внутри нее.
Она самая тугая и горячая. Меня потряхивает от почти животного вожделения. Я удивлен, что не кончил от такого яркого и реалистичного сна.
Но, сука, нет! Он все еще стоит! Смотрю на палатку под простыней.
Я всегда летом сплю под тонким пледом или простыней.
Что поделать? Я горячий парень!
Под одеялом мне всегда жарко, и я сквозь сон сбрасываю его на пол. А под утро начинаю мерзнуть. Так что простыня — идеальный вариант.
Если я пойду среди ночи в душ подрочить? Не разбужу ли остальных?
Нет! Не хочу так! Суррогат.
Хочу ее. Настоящую!
Упрямо закрываю глаза и делаю вид, что сплю дальше.
Под утро все-таки проваливаюсь в сон.
Но ненадолго.
После ледяного душа спускаюсь на кухню.
Чем хорошо жить всем вместе в доме, тем, что жрачка всегда есть. Холодильник забит. И пару раз в неделю к нам приезжает домоправительница. Готовит на всю ораву.
Женя тоже старается побольше наготовить, когда они с Оскаром приезжают в гости. Или правильнее сказать домой. Все-таки несмотря на то, что у них в городе квартира, здесь тоже их дом.
Войдя на кухню застою воришку, засунувшего в наш холодильник чуть ли не полтела.
— Митя! — рявкая намеренно громко, и он вздрагивает.
— Чо орешь? — поворачивается.
— Ты чего здесь? У тебя свой холодильник есть! — шутливо ругаюсь.
— Да мы с Ритой со всей этой херовой ситуацией забыли в магазин заехать. Из-за этой суки Рита вообще никуда выезжать с территории фермы не хочет. Ни одна, ни тем более с Аней. Все время сидит с ней в обнимку. Боится, что ее у нее отнимут.
— Фигово… что делать будешь?
— Не знаю. Угрожать? Уже три дня на нервы действует. Вчера приезжала в сервис. Там устроила мне истерику.
— Слушай… — усаживаюсь за стол, достав из холодильника два сочни и сок. — Мне Нелли сказала… странно, что она сразу стала агрессивно себя вести. Начала с угроз. Нел считает, что если бы Мадина действительно хотела увидеть дочь, быть в ее жизни, она бы вела себя иначе. Вежливо. Старалась бы пойти на компромисс. Просила бы, а не угрожала.
— Просто не все такие порядочные и вежливые, как Нелли. Мадина по-другому не умеет, — Митя не такой ленивый, как я, поэтому достает колбасу и сыр. Взяв толстую доску, усаживается рядом и нарезает бутеры.
— Я тоже так ей сказал, — жую сочни, но краем глаза вожделенно смотрю на колбасу. — Нелли ответила, или я прав, или же поведение Мадины обусловлено тем, что причина в другом.
— Ты обсуждаешь с девушками мои проблемы?
— Ни с кем я ничего не обсуждаю. К тому же Нелли — это не все остальные девушки. Это… Нелли, — пожимаю плечом.