Да, отец Семена — мужик дородный. Тяжелее меня по весу, но я его хорошо отделал. Я не массивный, но прыткий. Пружинистыми движениями кружил по комнате и уворачивался.
Он пролежит пару дней точно. По хорошему ему бы в больничку. Но мне на это насрать. Семену тоже надо в больницу. И не в первый раз это.
Я предупредил гада, что еще хоть раз поднимет руку на пацана, и я его лично прирежу. Воткну эту розочку ему в горло.
Из меня просто выплескивалась агрессия, когда я прошипел ему в лицо, что он мне больно уж моего отчима напоминает, когда мне было столько же, сколько Семену. И это не самые приятные воспоминания в жизни. Так что я буду наслаждаться каждой секундой, пока он захлебывается в крови.
На этой волне агрессии и адреналина я до позднего вечера ходил. Даже удивился, что мне удалось смягчить тон, когда я с Нелли разговаривал.
Она позвонила, когда я как раз только доехал до сервиса и затаскивал пацана наверх. Мне надо было хотя бы кровь смыть и залепить рану. Его и свою.
А потом уже отвечать.
Потом все закрутилось, у меня не было времени перезвонить ей. Я сообщил парням о том, что случилось. Рита с Митей приехали очень быстро. Рита осмотрела нас, обработала раны. Семен крепился, старался не показывать, что ему больно, и наотрез отказывался ехать в больницу.
Рита отвела меня в сторону и сказала, чтобы я наблюдал за ним. Если будет тошнота, рвота, и вообще хуже станет, надо вести его. Чтобы я все время проверял его зрачки. Сегодня утром она тоже приезжала, осмотрела нас. Поменяла повязку на руке Семена и забинтовала грудную клетку эластичными бинтами.
И мое, и его состояние за ночь улучшилось. Так что в больнице нет необходимости. Там бы сделали все то же самое, что и она.
Когда они с Митей ушли вчера, Оскар приехал с Костей и Иваном.
Я спустился к ним вниз, чтобы обсудить все не при Семене.
Решали, что делать будем с пацаном. Костя предложил наведаться к мудаку и еще раз отпиздить. Я возразил, что отпиздить не поможет. Осенью мы уже предупреждали его, хорошо уделали. Надо забирать пацана к нам.
— Куда? На ферму? — развел руками Оскар. — Летом можно было. А сейчас учебный год начался.
Я предложил единственный вариант, который пришел мне на ум. Пусть здесь остается, в сервисе. Забрать его с концами надо.
— Сколько ему? Двенадцать? Его папашка на нас ментов натравит за похищение ребенка, — возразил Костя. Резонно. Да. Но все же. Я не согласен его отдавать.
— Если мы его вернем, все будет повторяться снова и снова. Или он вынужден будет жить с отцом, или его заберут в систему. А там не так уж сладко живется.
— Ты хочешь его усыновить? — фыркнув, приподнял брови Костя.
— Ты не видел его лицо и не слышал, как он говорил, что боится возвращаться домой. Это он при всех вас притворяется храбрым. А со мной он был таким, какой есть. Испуганный ребенок. Так что, да. Усыновить или как хочешь называй. Но я не согласен его отдавать этому уроду, — наотрез ответил я. — Ему уже тринадцать. Пять лет еще до совершеннолетия. Будет жить это время у нас. Под защитой Королей.
— Да. Так правильнее будет, — согласился Оскар. — Мы съездим, потолкуем с его отцом. Чтобы не искал его и не стуканул в органы опеки или ментам. И вещи Семена соберем. Вторая комната полностью готова?
Я кивнул.
Огромное пространство под крышей сервиса мы переделали в квартиру еще давно, когда сбежали и сами здесь прятались от «Диких». Мы спали все в одной комнате. Ремонта практически никакого не было.
Сейчас это большой лофт, современный, в брутальном стиле. Чисто мужской. Открытые деревянные балки отшлифованы, кирпичная стена, настоящая, не имитация, была очищена под руководством дизайнера. И обработана каким-то прозрачным средством.
Зона прихожей, кухня и комната образуют единое пространство.
Барная стойка отделяет кухню от гостиной. Большой кожаный коричневый диван загораживает зону спальни.
За ним огромная кровать с очень удобным матрасом. И несколько встроенных шкафов, которые отделяют спальню от входной зоны. Всего в лофте три двери. Ванная комната. Кладовка. И запасная спальня.
Семен может жить там. Именно про нее спросил Оскар.
— Кровать там стоит, но не хватает, может, пару комодов и письменного стола для школьника. Но это без проблем за пару дней купим.
— Надо бы сообщить Даниле. Но не думаю, что он будет возражать против соседа, — Оскар напомнил мне о том, что вообще-то это не мой дом, а Дани.
— Отсюда ему удобно будет ездить в школу на велике, или даже пешком. Тут рядом. Да и после уроков он может помогать в сервисе. Деньги зарабатывать. Это идеальный вариант.
53
53
Мы с парнями обсуждали дела до позднего вечера. Ос рассказал мне последние новости от Дани из Сочи. Перевозчики хотят себе больше долю или навязать нам свой товар. Оружие. Но мы таким больше не занимаемся. Данила не очень много говорит, но в переговорах, когда надо, он может включить свою жесткую сторону. Также он поделился мнением о местных парнях. Викинг. Но все зовут его Вик. И Данте.
Считает, что с ними работать можно. Как Оскар и предполагал, они вызывают доверие.
Когда уже совсем стемнело, парни ушли. А мне уже было поздно звонить или писать Нелли. Да и я был полностью разбит. Как только дополз до кровати, сразу же отрубился.
И это было благословением. Потому что все предыдущие ночи я ворочался, думал о Нелли. Представлял ее обнаженное тело подо мной. Я готов лезть на стену от недельного воздержания.
Так что я был в каком-то смысле рад всем травмам. Я сразу же заснул и спал без ярких снов о ней.
Думал, просплю до утра, но ночью инстинктивно проснулся от шума под окнами. Так поздно здесь мало кто ездит. И тем более некому приезжать к нашим воротам. Я прислушался к звукам, доносящимся из приоткрытого окна. Тихо. Но что меня разбудило?
И тут я услышал, как хлопнула дверь машины. Кто-то приехал. Этот шум меня и разбудил.
Это не может быть клиент. Мы закрыты по ночам.
Может, Ос?
Или папашка пришел за Семеном?
Хотя маловероятно. Я его хорошо уделал.
Натянул только по-быстрому спортивные штаны и кроссы. Спустился в сервис. Взял железную арматуру и открыл дверь гаража. Поежился от прохладного ночного воздуха. Днем еще тепло, но по ночам уже чувствуется первое дыхание осени.
Вгляделся в темноту.
Женская фигура. Тьфу ты. А я уже весь на взводе.
Приставил арматуру к стене. Вышел во двор. Когда подошел ближе, узнал ее.
— Ты? Что ты здесь делаешь?
* * *
Из воспоминаний меня вырывает сообщение от Нелли.
Она пишет, что и в воскресенье будет весь день с дочкой. Нет!
Мое разочарование нарастает.
Я чувствую, что она ускользает от меня.
Выходные пройдут без нее. А когда наступят будни, тем более у нее не будет времени. Днем дела, то в офисе Яны, то на закупках. Нелли рассказывала мне, что ездит по области, закупает напрямую у фермеров экологически чистые овощи и фрукты для готовки и свежее мясо.
А по вечерам она будет с дочкой.
Я не хочу ее потерять. Не хочу, чтобы она отдалялась.
Лучше ей не знать, что было вчера ночью.
У нее без этого был расстроенный и странный голос в пятницу, когда мне пришлось ей отказать.