ы, замерзшие на крыше, с удовольствием угощаются горячим чаем из термоса. Спать никто не идет. У мужиков завязывается разговор за жизнь, а потом инициатива переходит к нашему астроному. Анатолий Васильевич, тыкая толстым пальцем в небо, перечисляет звезды и планеты, сыплет какими-то фантастическими фактами, о которых нам, простым землянам не дано было знать. - Вот смотрите, между созвездиями Лиры и Геркулеса, вон там, находится точка апекса. - Это что за зверь? - удивляемся мы. - А это такая точка куда мы летим, мы, это в смысле, наша Солнечная система. Анатолий Васильевич довольно улыбается. - Вон там - новый тычок пальцем вверх - обратите внимание, на Млечный Путь в районе созвездия Стрельца, он уплотняется, это М-35, шаровое скопление звезд, там находится центр нашей галактики, если бы не темная материя, нашим глазам открылось бы фееричное зрелище, шарообразное образование с ниспадающим градиентом диаметром в двести лунных дисков. Это был бы третий по яркости небесный объект после Солнца и Луны. Увлекшись небом, мы не сразу обращаем внимание на гул. В горах звуки разносятся далеко, едущую машину слышно за несколько километров. Так и есть, по склону медленно ползет цепочка огоньков. - Раз, два, три, четыре... восемь, похоже, восемь машин. Интересно, ху из ит? Нам тоже интересно, поэтому мы не расходимся и ждем гостей. Вот и головная машина. Паджерик. Темно-синий. Колонна останавливается перед импровизированным шлагбаумом, в виде делики, перегородившей дорогу. Из паджерика выходят Ваха, Ильяс и грузный, высокий горец с густыми сросшимися на переносице бровями. - Саламатсiзба! - горец приветствует, по казахски, встречающую компанию, наши чечены скромно молчат. - И Вам не кашлять - вперед выходит астроном. - Меня зовут Муса Ахметович - игнорирует, в общем то, наглое обращение астронома горец - я хороший друг вот этих молодых товарищей - небрежный жест в сторону Вахи с Ильясом. - А где Сергей? - Великанов, наградив Мусу Ахметовича недоброжелательным взглядом, обращается Вова к онемевшим молодым товарищам. - Серега спит, в ленд крузере, разбудить? - оживает Ильяс - я могу сходить. - А, да ладно, не надо - машет рукой Вова - а как с оружием, получилось достать? - Да, вот как раз Муса Ахметович нам очень сильно помог с этим - поясняет Ильяс - а взамен мы пригласили его на базу, у нас же места пока много - он виновато смотрит на Анатолия Васильевича. - Надо спросить - берет слово Рустам, исполняющий обязанности дежурного на шлагбауме после Вовы - подождите здесь, я спрошу у Диаса. - А что, теперь здесь Кинес не директор? - начинает возмущаться Кайрат, охотник, который сидел вторым номером на фишке вместе с Анатолием Васильевичем. - Ты пойдешь его будить? - огрызается Рустам. - Ты чего такой нервный - делает успокаивающий жест Кайрат - иди, иди. Рус уходит, предварительно сунув выданный Диасом ТТ Вове. - Зачэм тэбе пистолэт - в речи Муссы вдруг прорезается акцент - ми как друзъя приехалы, помощи просыт. - Положено, порядок такой - заступается за Великанова Анатолий Васильевич - не будет порядка - наступит первозданный хаос - похоже наш астроном знает не только звездное небо, но и мифологию. А вот Ваха начинает нервно крутить головой и переступать ногами. - Ты чего Ваха, в туалет хочешь? - недоумевает Великанов. Ильяс шипит и толкает друга в бок. - Ладно охранники - Мусса Ахметович панибратски хлопает Вову по плечу - я пойду в машине посижу, а то тут холодно - и, подмигнув мне, он величественно удаляется. - Откуда Вы его выкопали? - интересуюсь у Вахи. Теперь, когда этого горца, напоминающего мафиози нет, ко мне возвращается дар речи. Пока мы переговариваемся, из машин потихоньку выпрыгивает народ. - Я пойду тут недалеко - Ваха смущенно мнется. - Да так бы и сказал: хочу поссать! - со смехом предлагает Вова Вахе. В прошлом году он ходил с ним на Иссык-Куль, и по своей дурацкой привычке подкалывать тех, кого считает своими друзьями, делает Ваху объектом дружного хохота. Ваха быстро ретируется. - Смеяться над людьми нехорошо - обижается Ильяс - разворачивается и уходит куда-то в темноту. - Какая муха его укусила - недоумевает Великанов. - Вова, тебе бы только поржать, человека обидел. Учти, это гордый горный народ, они и отомстить могут. - Ага! И мстя их будет ужасна! - продолжает ржать Вова. В это время показываются фигуры Рустама и, разбуженного им, Дияса. Когда ребята входят в круг света от фонаря, висящего рядом с дорогой, неподалеку от шлагбаума, раздаются странно знакомые громкие хлопки: - Тук-тук-тук. Один из силуэтов, вдруг, складывается и падает. - Что за...- вскидывается Великанов. В этот момент, неловко всплеснув руками, складывается и вторая фигура. Пока я непонимающе смотрю в сторону, где только что были мои друзья, а теперь только две темные кучки на покрытой слежавшимся снегом земле, Вова хватает меня за рукав и валит вниз. Рядом падают на землю знаменитый астроном и охотник. - Что это? - я непонимающе смотрю на Великанова. - Тихо, лежи, не шевелись - шипит Вова, лицо его перекошено - Ваха, сука, продал, мля - понимая, что происходит что-то нехорошее, я не одергиваю Великанова за мат. - Сука! - снова выдыхает он, и осторожно перекладывает пистолет из правой руки, в которой он его держал все это время в левую. Тут я вижу, что правая вся залита чем-то темным. - Ты ранен - шепчу я. - Фигня война, прорвемся - подмигивает мне Вова. Несмотря на мороз, лоб его покрыт испариной. - Давай, ползем под делику, а то здесь мы как на ладони - командует Вова. Я послушно изображаю из себя пресмыкающегося. Под деликой мы лежим целую вечность, меня трясет, толи от холода, то ли от мандража. Морщась от боли, Великанов выцеливает приближающиеся фигурки. В это время дверь паджерика раскрывается, и оттуда королем выходит Муса. Вова довольно щурится и, направив на горца ствол ТТ, плавно жмет курок. Я слегка глохну на ближайшее к Вове ухо, а Ахметович хватается за пузо и медленно валится ничком. В следующие несколько резиновых, как бубль гум, минут Великанов стреляет в подобравшихся близко бандитов, пока какая-то фигура из-за паджерика не кидает, катнув, к нам какой-то предмет. - Мля! - Вова, бросив пистолет, хватает меня за шкирку и волоком вытаскивает меня из-под делики. - бегом! - но я сама уже понимаю, что именно кинули нам. На подгибающих ногах делаю рывок, еще один, крепнет ощущение, что воздух стал похожим на кисель, в следующий момент Вовина рука толкает меня на землю. Ощущаю толчок, и наступает темнота.nbsp; - бегом! - но я сама уже понимаю, что именно кинули нам. На подгибающих ногах делаю рывок, еще один, крепнет ощущение, что воздух стал похожим на кисель, в следующий момент Вовина рука толкает м