нном чудесным образом в одной из грузовых машин, что потрошили мародеры незадолго до посевной. Каким образом грузовик с логотипом "Медтех" оказался в Талгаре, куда он держал путь осталось неизвестным, кабина была изрядно изгажена и искать путевой лист дабы удовлетворить любопытство никто не стал. Сам аппарат был в упаковке и самое главное с инструкцией. Чуваку, занимавшему сейчас находку "повезло", осколками его посекло знатно, кровищи потерял, зато линчевателям не достался. Директор на следующий день пришел в больничку, долго сверлил глазами забинтованное тело, а потом убедительно попросиль Ержаныча вытащить дятла хоть с того света, на что Аскарик поинтересовался с помощью чего ему это устроить, муллу позвать или святой водой побрызгать, бо медикаментов у нас как в автомобильной аптечке. На что Алихан ответил чисточердечным выражение начальственного лица, положил руку на плечо главврача и проникновенно попросил: "хотя бы на пару минут верни для беседы". Ласково послав Директора в пешее путешествие Аскарик устроил разнос немногочисленным подчиненным. Я слыша мастерский мат перемат, перемежающийся латынью попыталась прикинуться ветошью, но и мне досталась моя доля сережек. Сердитый хирург зашел посмотреть самолично мое состояние, заодно и пропесочил мою больную голову, попрекая тем, что не хочу учить медицину, вместо того чтобы постигать азы и помогать во врачебном деле, отнимаю время нервы и препараты. Аскара понять можно, давать какие-либо гарантии и в более легком случае невозможно, а уж с нашей материально технической базой, да "мегаопытным" медперсоналом совсем невозможно, да и сам Аскар ни разу не реаниматолог, он больше по полостной хирургии специализировался. Ну и я, дабы не раздражать ближнее начальство постаралась быть прилежным пациентом. Но уже на пятый день было невмоготу. Скука она вещь такая. Ладно, что еще можно делать в больнице, особенно такой маленькой, в которой единственный пациент стационара - это ты? Для всех остальных прием как поликлинике, в отдельно взятом помещении, там царствуе Гульмира, повышенная из медсестры при оздоровительном комплексе до участкового врача. А меня пользуют ученицы Аскарика, типа мои сокурсницы. Книжек нема, телевизор канул в прошлое, разве что спать. Сон идет плохо, тем более что этим делом я занималась предыдущие пять дней, потолок уже весь изучила, каждую паутинку, трещинку и пятнышко, по коридору особенно не погулять, отпускать - не отпускают пока. Хоть бы что-нибудь произошло такого этакого, а то как муха в киселе. Подумав так, корю себя, не дай Бог, действительно что-то произойдет. Так ворочаясь и скучая постепенно проваливаюсь в легкую дрему из которой выдергивает меня чувство непонятной тревоги. В палате тишина, за стенкой слышна равномерная работа ИВЛ. Выглядываю в коридор - на посту никого, пока меня не хватились скоренько эвакуируюсь на улицу, вроде бы все в норме, а противное чувство все не проходит. Ну чтож пропишем себе иппотерапию. На подходе к конюшне начинаю слышать беспокойное ржание, срываюсь на бег. ИЗ пристройки, представляющей из себя навес с задней и боковой стенкой тянет дымом. На фоне периодически налетающей на лагерь вони дым почти не чувствуется, а вот около конюшни. Мать перемать, под навесом стог, а дым прямо из стога сочится! Откидываю пласт сена и отскакиваю, на меня пышет жаром. Ну и чего же делать? Хватаю ведро, которым воды в поилку наливают, принимаюсь черпать из бочонка где эта самая вода хранится. Одно, второе, третье - без особого эффекта, стог большой, и огонь, похоже, занялся по всему его нутру. Бросаю бесполезное занятие, пора бежать за помощью, только вот лошадок из стойла выгоню и коров. После непродолжительной долбежки в дверь появляется Двойнин, в трусах, с голым торсом, зато при автомате, под подушкой его чтоли держит. - Пожар, - кричу. Володя кивает и исчезает в доме. Появляется он через считанные секунды уже без автомата, зато с рацией и ключами от машины, которые и кидает мне. - Заводи, - и уточняет, - где? - Конюшня так же коротко отвечаю ему. Пока завожу ниву, ну да, пешком туда сюда не набегаешься, остальная команда выползает из своих жилищ. Двойнин уже узнал что хотел и доложил куда следует. Красноречивым кивком выгоняет меня из-за руля и ткнув палцем в Максима, Дровосека и Нуржана занимает нагретое мной место. Машина срывается в противоположную от конюшни сторону. А мне остается двигать пешкарусом на своих двоих. Мои умницы не стали разбегаться в панике по окрестностям, стоят неподалеку от того места, где я их и оставила, переступают ногами издавая беспокойное ржание, а вот буренки разбрелись кто куда. Стог уже полыхает вовсю, крыша навеса трещит, да и стена конюшни тоже занялась огнем. Ощущения погорельца: беспомощность букашки перед стихией и благоговение перед ней же. Вроде и горит то - конюшня, да сарай, но чувствуется неприкрытая мощь и красота пламени. Пока я стояла и глазела на пожар, подьехала нива, а за ней и пожарная машина, надо же, даже не знала что такое здесь есть. Споро размотали шланг из которого рванула как огромный толстый удав белесая струя, бочка машины оказалась полной воды. Пламя, посопротивлявшись для проформы минут десять как-то разом опало. Даже какая-то гордость в душе поднялась, пламя то вон каким казалось, а приехали люди и усмирили стихию. Смотрю на пожарников - ба! А там и Нуржан и Дровосек красуются вместе с парой незнакомых мужиков. Ну красавы, и здесь успели. Напряжение и тревога спадают, на смену им приходят усталость и спокойствие. Надо бы скотинку собрать, да пристроить их куда, сарай все еще тлеет, да и стойкости конструкции после знакомства с огнем как то не очень верится, вдруг обрушится? - Откель такая тачанка? Коров собрать еще успею, а вот любопытство мое после недельного заточения на максимуме. - Вон вишь мужика, - показывает Нуржик на одного из незнакомцев, - так вот, он ее владелец и пожарник, самый натуральный, в одном флаконе, когда грянул песец, у него всех колес - служебная машина, а так как он водила на пожарке, так он ее с преспокойной совестью приватизировал на благо своей семьи. - Ясно, - киваю головой, - поможешь мне коров по лагерю собрать? Фанта тыкает в меня мягким носом, шумно обнюхивает карманы. Нос лошадку не подводит, и, к вящему ее удовольствию, я выуживаю столь желанную четвероногим половину лепешки, густо присыпанную солью. Во втором кармане аналогичное угощение для Колы. Лошади фыркают, довольные угощением. Стойла им подремонтировали, кровлю конюшни укрепили, поджаренную стенку заменили на новую, будто и не было здесь ничего внештатного. Глажу довольных лошадок по мордам, Фанта все норовит исследовать карманы, вдруг там чего-то еще завалялось, гордячка Кола держится более сдержано, но своего удовольствия от общения не скрывает. Ну а мне чегой то грустно. Наверное потому что закончилась моя вольная жизнь, а к добру это или нет - не знаю. Разумеется, шансы выжить зимой в горах стремятся к исчезающе малым величинам, разумеется, поехать крышей в одиночку - проще простого, разумеется, чем больше общество людей, тем меньше вероятность скатиться к варварству. Вроде все хорошо, все пучком, есть люди вокруг, есть работа, товарищи, на которых можно положиться, перспективы, так сказать, карьерного роста. Но! Чего-то на душе не так, будто какой-то вакуум внутри меня, будто вопрос какой-то важный нерешенным остался. Вздрагиваю от того что меня за шею хватают ледяные пальцы. Мгновенный приступ неконтролируемого ужаса. - Ага! А это я! Не ожидала! - Ржет довольный Нуржан. - Ты, придурок, смерти моей хочешь? Довольный Нуржик отскакивает хохоча, на всякий пожарный, подальше от меня. Что-то он меня в последнее время достал уже своими шуточками, то подушку перделку на стул подложит во время одщего чаепития, то еще какую-нибудь каверзу подстроит. - Лизка, айда. - Куда? - Тебя Двойкин зовет. - Ну, раз начальство зовет, значит надо двигать. Спускаюсь до "офиса", так называют площадку перед домиками разведчиков, здесь, за грубым столом проходит вся тусовка команды, от нажирания водовкой, до обсуждений очередной поездки. Володя, завидев меня, хлопает лодонью по столу, предлагая садиться напротив его персоны. Смотрит командир невесело и на душе вновь начинают скрестись кошки. - Лиз, тут такое дело... - Какое? - Лошадей твоих придется забить. - Как забить? Зачем? - Лучше сделать это сейчас, иначе потом придется забивать и коров тоже. - Но почему? - А ты не догадываешься? Я, конечно, догадываюсь, ответ то на поверхности, я просто тяну время. - Это из-за пожара, из-за того что сено сгорело? - Да. - И того, что осталось не хватает? - Ты права. - А если достать где-нибудь, накосить или купить у кого-нибудь? - Лиза, ты понимаешь о чем говоришь? Ты вообще представляешь скольких трудов стоило нам сено это заготавливать? На посевной была? Сенокос немногим легче.