За час до урока я открыла файлы, чтобы еще раз просмотреть... и обнаружила, что все перемешано. Тексты, фотографии, документы — все было в хаосе. И я точно знала, кто это сделал.
Я нашла его в пустом классе, где он что-то печатал на своем ультрасовременном ноутбуке.
— Ты! — я подлетела к нему, сжимая телефон. — Верни все как было!
Максим посмотрел на меня с притворным удивлением:- О чем ты, Веснина?
— Не притворяйся! Ты взломал мой телефон и перепутал все файлы! Мне через час сдавать проект!
— Доказательства? — он откинулся на спинке стула, глядя на меня с насмешкой. — Или в вашей... среде принято обвинять без доказательств? — опять он стал тем, кем я привыкла его видеть. Наглым грубияном, который безжалостно издевался надо мной.
Я почувствовала, как к глазам подступают слезы. Этот проект был важен. Учитель истории был единственным, кто действительно верил в меня.
— Пожалуйста, — мой голос дрогнул. — Это важно для меня.
Что-то промелькнуло в его глазах. Сомнение? Но он быстро прикрыл это привычной усмешкой.
— Ну, допустим, я мог бы помочь... За определенную цену.
— Какую еще цену? — устало спросила я. — У меня нет денег, Соколов. Ты же знаешь.
— Деньги? — он засмеялся. — Зачем мне твои деньги? Нет, я хочу... - он медленно осмотрел меня с головы до ног и, остановившись взглядом на моей груди, насмешливо произнес: — Покажи грудь — я все верну.
Я замерла. В его глазах плясали чёртики. Он был уверен, что я уйду, сгорая от стыда и унижения.
Но что-то во мне сломалось. Две недели работы. Последний шанс получить хорошую оценку. И этот самодовольный богатый мальчик, который думает, что может играть с людьми как с игрушками.
Я молча положила телефон на парту рядом с ним. А потом начала расстегивать пуговицы на блузке. Одну. Вторую. Третью.
Его глаза расширились от шока, улыбка исчезла.
— Что ты делаешь? — хрипло спросил он, когда я расстегнула четвертую пуговицу, открывая простой хлопковый бюстгальтер.
— То, что ты просил, — бесстрастно ответила я. — Хочешь посмотреть на грудь девочки из "деревни"? Пожалуйста. Только верни мои файлы.
Я потянулась к пятой пуговице, и Максим внезапно подскочил, схватил мои руки.
— Стой! — его лицо было бледным. — Я пошутил! Это была шутка!
— А я серьёзна, — я вырвала руки, потянувшись к пуговице, но замерла.
Соколов быстро отвернулся, схватил мой телефон и начал что-то делать, стуча по экрану.
— Держи, — через минуту он протянул мне телефон, не глядя в глаза. — Все восстановлено.
Я проверила и действительно, все было в порядке. Застёгивая блузку, я заметила, что его руки дрожали.
— В следующий раз, когда захочешь над кем-то поиздеваться, Соколов, — тихо сказала я, — Помни- люди могут быть и готовы играть по твоим правилам.
Я взяла телефон и вышла из класса, чувствуя странную смесь унижения и... победы? В тот день что-то изменилось между нами. И, возможно, внутри него тоже. По крайней мере, мне хотелось в это верить.
11. Экскурсия
Я никогда не думала, что буду бояться школьной экскурсии. Раньше в моей старой школе это было самое долгожданное событие — автобус, бутерброды в фольге, смех с подружками на задних сиденьях. А теперь я сижу дома, смотрю на разложенные на кровати вещи и чувствую, как внутри всё переворачивается. Хорошо хоть Максима там точно не будет — он вместе с отцом участвует в какой-то важной технологической конференции, со своим проектом. Зато Кира едет точно.
Завтра наша гимназия едет в трехдневную поездку в Санкт-Петербург. В программе — Эрмитаж, Петергоф, театр, мастер-классы по истории искусств... И стоит это, как половина маминой зарплаты. Я случайно услышала, как она звонила Марии Семеновне, нашей соседке, и просила занять денег.
— Я верну через два месяца, обещаю. Просто Настеньке очень нужно поехать с классом. Там образовательная программа, это важно для адаптации...
Мама говорила тихо, думая, что я сплю. А я лежала, закусив губу до боли. Мне хотелось заорать: "Не надо! Я не хочу! Давай я останусь дома!" Но я молчала.
Потому что экскурсия- это очередной рубеж. Если я не поеду, Кира будет три дня рассказывать всем, какая я нищебродка. Правда, если поеду — будет три дня издеваться прямо там. Выбор, конечно, так себе.
Утро началось в 5:30. Мама суетилась на кухне, собирая мне с собой еду.
— Доченька, я положила тебе бутерброды с сыром и колбасой. И яблоки. И печенье то, которое ты любишь. Может, еще что-нибудь?