— А почему не выкинула? — поинтересовалась я, аккуратно проводя кистью по дереву.
— Потому что твоя бабушка говорила, что они "ещё послужат". Как будто эти шторы должны были выполнить какую-то важную миссию, — она улыбнулась своим воспоминаниям. — Наверное, их миссия в том, чтобы мы сейчас вот так собрались вместе.
— Тогда миссия выполнена, — подхватила мама, прикладывая к стене очередной кусок обоев. — Теперь они могут спокойно уйти на пенсию.
Вечером, закончив с покраской, мы решили устроить "посиделки на веранде" — нашу старую семейную традицию. Тетя Оля достала гирлянду, которую мама привезла из города, и мы развесили её по периметру. В сгущающихся сумерках мягкие огоньки создавали особую атмосферу уюта.
— Вот теперь даже не похоже на нашу старую дачу, — заметила я, разливая по бокалам вишневый компот.
— Ещё как похоже, — возразила тетя Оля, — просто теперь она как будто... проснулась.
Мама улыбнулась и провела рукой по перилам веранды:- Помнишь, Оль, как мы здесь прятались от грозы? Мне кажется, мне было столько же лет, сколько Насте сейчас.
— О, да! — тетя Оля оживилась. — А потом папа пришел весь мокрый и сказал, что видел, как молния ударила в старую березу у пруда! И в корнях обнаружился клад- множество монет. Несколько даже принес, отдал нам.
— И мы, конечно же, на следующий день потащились смотреть, — продолжила мама. — И ничего не нашли.
— Потому что папа всё выдумал, — подхватила тетя Оля. — Он вечно придумывал такие истории. А тут ещё и монетки из игрового автомата пригодились.
Я обожала, когда они начинали вспоминать своё детство. Мама и тетя Оля были так похожи, когда смеялись, что сразу становилось понятно — сестры. Но в остальном они отличались как день и ночь.
Там, где мама была осторожной и обстоятельной, тетя Оля действовала импульсивно. Где мама предпочитала классику и спокойные тона, тетя выбирала яркие цвета и эксперименты. Но эта противоположность делала их тандем идеальным.
— О, слышите? — вдруг встрепенулась тетя Оля. — Кажется, Николаич опять свою балалайку расчехлил.
С соседнего участка действительно доносились звуки народной музыки.
— В прошлые выходные он устроил целый концерт, — продолжила тетя. — Собрались все соседи, принесли кто что мог. Я даже свой знаменитый салат сделала.
— Это который с фасолью? — уточнила мама, зная, как тетя любит готовить. Это было одновременно и хобби, и успокоением для ее бурной и деятельной натуры. Тетя могла неделями осваивать новый рецепт, чтобы после угощать всех очередным своим шедевром.
— Нет, новый, с авокадо и креветками. Его теперь в школьной столовой даже готовить хотят по моему рецепту. Представляешь? — она рассмеялась, увидев мамин ошарашенный взгляд. — Да не детям, конечно. Педагогическому составу, платно, конечно.
— А у тебя вообще как в школе дела? — спросила я, подтягивая к себе плед — вечера уже становились прохладными. — Тот упрямый мальчик... как его... Вова? Всё еще спорит с тобой на уроках?
Тетя Оля рассмеялась:- О, Любимов! Представляешь, он решил поступать на химфак. Сказал, что хочет "доказать, что я не во всем права". Я ему ответила, что буду только рада, если он станет настолько умным, чтобы меня переспорить.
— И что он?
— Обиделся сначала, а потом попросил дополнительные задания на лето. Так что я теперь ещё и дистанционный репетитор.
Тетя Оля относилась к работе с такой страстью, что иногда мы с мамой шутили, что химия — её настоящая любовь. После неудачного романа много лет назад она полностью погрузилась в преподавание и свои увлечения. Летом — походы и сплавы с туристическим клубом, зимой- каток и путешествия на горнолыжные базы. Ну и, конечно же, кулинария. "Мне и так хорошо," — всегда отвечала она, когда мама намекала на новые отношения.
— А знаете что? — вдруг сказала тетя Оля. — Я ведь в этом году записалась на курсы керамики. Уже три занятия прошла.
— Серьезно? — удивилась мама. — И как?
— Честно? Ужасно! — рассмеялась она. — У меня всё выходит кривое и какое-то... бесформенное. Но так интересно! Когда держишь в руках глину, и она как будто сама решает, чем ей стать...
— Значит, будем ждать авторские чашки от тети Оли? — подмигнула я.
— Если только ты готова пить из кружек, похожих на результат неудачного химического эксперимента, — парировала она.
В разговоре наступила уютная пауза. Я смотрела на закатное небо, окрашенное в розовый и оранжевый, и думала о том, как же мне повезло с моей семьей. Даже несмотря на то, что отца я никогда не знала, у меня были эти две удивительные женщины.