Я молчала, глядя на свои руки.
— Я отказался ехать, — вдруг сказал он. — Сказал отцу, что останусь здесь. Закончу школу, потом поступлю в университет.
Я подняла на него глаза:
— Что? Но это же важно для вашей компании...
— Важнее то, что ты показала мне, — он слабо улыбнулся. — Что нельзя убегать от проблем. Что нужно быть честным — с собой и с другими. Что настоящая жизнь здесь, а не где-то в фантазиях о лучшем будущем.
Я не знала, что сказать. Он действительно изменился. Или мне так казалось?
— Я не прошу тебя возвращаться ко мне, — продолжил он, видя мое молчание. — Только... не закрывай дверь полностью, ладно? Дай мне шанс доказать, что я могу быть лучше. Что я могу быть человеком, которого ты заслуживаешь.
Я смотрела на него и видела искренность в его глазах. Боль. Раскаяние. И что-то еще — любовь?
— Я слышала, что Артем из твоего прежнего класса в тебя влюблен, — вдруг сказал он с горькой улыбкой. — Сын мэра, да? Ещё и с принципами, в обычной школе учится. Хороший выбор. Перспективнее, чем сын какого-то программиста.
Я вздрогнула. Артем действительно оказывал мне знаки внимания, был милым, предлагал встречаться. Но я не чувствовала к нему ничего, кроме дружеской симпатии. И, оказывается, богатые тоже могут испытывать комплекс неполноценности? Удивительное открытие- мне казалось, что все они уверены в себе на сто процентов. А, выходит, все мы- люди. Даже обладая невероятной властью, богатством, могуществом — и тут найдем причину для неуверенности и расстройств.
— Это не имеет значения, — сказала я. — Ни его отец, ни твой. Имеет значение только то, какой ты человек.
Максим кивнул:
— Я понимаю. Теперь понимаю. Настя, я готов ждать сколько угодно, пока ты решишь.
Я не ответила, потому что ответа не было. Я не могла разобраться в самой себе. Мы сидели молча, не зная, что еще сказать.
— Мне пора, — наконец произнесла я.
— Конечно, — он встал. — Спасибо, что выслушала.
Я смотрела, как он уходит, сутулясь, засунув руки в карманы. И внезапно поняла, что не хочу, чтобы он уходил. Не так.
— Максим! — окликнула я.
Он обернулся так быстро, что я поняла — он ждал этого.
— Мне нужно время, — сказала я. — Чтобы понять, чего я хочу. Кто я такая. Без всего этого... фона. Без попыток казаться лучше, чем я есть.
Он кивнул:
— Я понимаю.
— Но потом... может быть, мы могли бы начать все заново. По-настоящему. Честно.
Надежда осветила его лицо:
— Я буду ждать. Сколько потребуется.
Так мы и расстались. Не попрощавшись навсегда, но и не пообещав друг другу ничего конкретного. И это было правильно. Мне нужно было время, чтобы залечить раны, понять себя. А ему- чтобы повзрослеть, научиться уважать чужие решения.
27. Back to school
"Что-то забыть, чтобы после вернуться.
И попрощаться, чтобы " здравствуй" сказать.
Уйти, чтоб с надеждой опять обернуться,
Шанс снова прошлой той жизни отдать "
Школьные коридоры, такие знакомые и одновременно чужие, встретили меня утренним гулом. Старые потрескавшиеся стены, линолеум с потертостями, запах столовой, доносящийся из подвала — всё это было таким родным, что защемило сердце. Пускай бедно, скромно, без пафоса- но такое родное. Оказалось, я и сама не знала, насколько сильно скучала по старой школе.
— Настя! — звонкий голос Алины разорвал мои мысли. Она бежала по коридору, размахивая руками. За ней, чуть отставая, шла Рита с неизменным термосом зеленого чая.
Алина обняла меня так крепко, что я чуть не задохнулась. В этом жесте вообще была она вся- яркая, умеющая и любить, и ненавидеть так, что искры летали вокруг. Я мысленно посочувствовала и позавидовала её будущему мужу- жить рядом с вулканом, как минимум, скучно не будет.
— Ты вернулась! Я так и знала, что ты не выдержишь с этими снобами!
— Алин, задушишь, — засмеялась я, хотя внутри что-то неприятно кольнуло.
Рита подошла спокойнее, но её теплая улыбка стоила тысячи Алининых объятий.
— Мы скучали, — просто сказала она. — Пойдем, звонок через две минуты.
В класс я заходила, как на эшафот. Сразу почувствовала на себе десятки взглядов. Кто-то искренне улыбался, кто-то делал вид, что не замечает, а Олег Семёнов тут же отпустил колкость:
— О, вернулась наша гимназистка! Что, богатенькие вытолкали взашей?
— Заткнись, Семёнов! — оборвала его Рита.
Я только улыбнулась. После нескольких месяцев в гимназии, где меня разбирали по косточкам за каждую неидеально выглаженную складку на форме, шутки Олега казались детским лепетом.