— А почему его сюда не привезут?
Лариса Георгиевна печально пояснила:
— Его разве что теперь только в морг привезут.
На улице поздний вечер, расстелился по городу осенний туман и проглотил снующих туда-сюда людишек. И ничто не могло в тот вечер одолеть его, даже свет от фар не рассеивал.
Тело Колмакова осмотрели, неподалеку нашли удостоверение и машину, отчего-то одно колесо снято.
— Кто сообщил? — поинтересовался Дорошев.
— Родители мальчика, он живет здесь недалеко. Вернулся прошлой ночью сам не свой, долго не признавался, что труп обнаружил. Всё-таки они сумели его разговорить и сразу позвонили в полицию. Кстати, надо будет с мальчиком побеседовать, — непринужденно дала команду Астахова.
Максим посмотрел на замершие в тумане многоэтажки, едва различимые в сумраке.
— А я здесь был уже, — вспомнил он это мрачное место.
И это не имело никакого значения, но все же Дорошев продолжил.
— Здесь живет Алена.
— Стажерка? — подключился к разговору Перегудов.
— Да, — Максим указал на дом. — Вон там, на восьмом этаже.
Лариса Георгиевна лишь пожала плечами, продолжая осматривать пустырь. А Перегудов свел брови воедино и стал задумчивее прежнего, глянуть страшно — вся вековая печаль и скорбь в его лице.
— Я кое-что нашел! — крикнул молодой оперативник.
Посередине пустыря черным пятном выделялось пепелище, в его центре белели остатки, не сложно догадаться чьи и без экспертизы.
Чуйка
Обычные люди терялись под суровым взглядом генерала. Стоило ему лишь обратить свой взор на подчиненного, у бедняги от страха коленки подкашивались и пульс учащался. Всё это срабатывало на всех, кроме Астаховой. У нее явно выработался иммунитет от суровых взглядов.
— Лариса Георгиевна, я вас лично вызвал в Москву, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию, крайне, вам скажу, неприятную.
“Да уж, приятного мало”, — хотела ответить полковница, не слишком довольная тем, что пришлось поспешно оставить следствие и выехать в столицу для личной встречи. Видите ли, Родион Михайлович, желал лицезреть ее воочию и требовал отчет о проделанной работе.
Он поднялся и важно зашагал по кабинету, заломив руки за спину.
— Лариса Георгиевна, некоторые из руководства предлагают прекратить расследование, так как не видят в дальнейшем никакого смысла.
— Но… — попыталась возразить Астахова и генерал предупреждающе поднял указательный палец.
— Я продолжу, а потом выслушаю ваши возражения.
Она тактично кивнула, уже в уме приготовив целую тираду.
— Убийца мертв, — озвучил общеизвестный факт генерал, — как показало следствие, Колмаков и был тем самым серийным убийцей. Есть переписка со второй жертвой, есть видео с камер наблюдения, где все-таки можно опознать его; самое главное — это кровь Панина на одежде. И то что Колмаков пытался замести следы преступления, выкопав тело убитой им Киреевой, тоже факт. Он испугался, Панин подозревал его и следил, возможно пытался задержать, поймав на месте преступления. За что и получил железным лотком лопаты по голове. Колмаков отвез тело на пустырь и сжег вместе с орудием преступления. После осознал содеянное, понял, что бежать некуда и покончил собой, спрыгнув на обломки арматуры. Поэтому предлагаю поставить жирную точку в деле громовского серийного убийцы и оставшуюся формальную работу передать Брагину. Как вы считаете?
— Вы правы, доказательств против Колмакова уйма. Здесь я согласна, но есть одно противоречие, которое не дает мне покоя. В его самоубийстве нет совершенно никакой логики. Зачем ему заметать следы, убивать Панина, сжигать тело Киреевой, а потом убивать себя?
— Этого мы никогда не узнаем.
— А я всё-таки хотела бы это узнать.
— Лариса Гергиевна, какой в этом смысл? Убийца самоликвидировался, оставив после себя уйму доказательств. Вам больше незачем возвращаться в Москву, вызывайте свою группу и приступайте к новому расследованию. В Ворошиловском районе произошло несколько странных смертей.
Астахова задумчиво глядела вдаль, ее интуиция подсказывала, что не все так однозначно в деле Колмакова. Перегудов тоже не спешил заканчивать расследование. Один лишь Дорошев, в силу своей неопытности и молодости, преждевременно радовался.
— Родион Михайлович, позвольте вернуться в Громово и продолжить расследование смерти Колмакова. Что, если ему кто-то помог совершить прыжок вниз?
— Тогда скажите спасибо этому человеку. Он избавил мир от очередного выродка.
Лариса Георгиевна придерживалась иного мнения: какие бы ни были мотивы преступления, преступник должен понести справедливое наказание.