Денис последовал за Лилькой, задержавшись в прихожей всего на несколько секунд. Вошел в кухню, раскрыл холодильник.
- Ну, ясно – корма для Лёки так и не прибавилось. Чем же ты живешь? – спросил, разглядывая почти пустые полки. На них, подобно обломкам кораблекрушения, были раскиданы одинокие продукты в разной стадии предсмертной агонии: пучок вялого шпината, кусочек подгулявшего сыра и нечто в пиалке – происхождение чего уже не смогла бы точно обозначить и сама хозяйка.
- Ну, я же говорю, три дня дома почти не жила. Что ты от меня хочешь? – добродушно проворчала Лилька, усаживаясь на подоконник.
- Хочу, чтобы тебя ветром не сдуло.
Денис достал из своей деловой сумки маленький кругляшок Лилькиной любимой Гауды, семгу в консервной банке, пару круассанов и авокадо.
- Вау, Дёня! – восхищенно протянула Лилька, - да это же настоящий пир намечается!
Она обхватила себя за плечи и уставилась на Дениса мечтательно отсутствующим взглядом. Казалось, что она смотрит на него и внутрь себя одновременно.
- Что? – спросил Денис, закончив раскладывать продукты по местам.
- Какой же ты идеальный – просто удивительно. Настоящий герой, - задумчиво сказала Лилька.
- Вот и напиши про меня роман, - сказал он спокойно, отправляясь в прихожую.
- И напишу, - с вызовом заявила Лилька, соскакивая с подоконника, и бросаясь к нему вдогонку, - думаешь, не справлюсь?
- Лёка, я в тебе никогда не сомневаюсь, - он накинул куртку, - я поеду, а то еще пару секунд и мои партнеры найдут меня здесь и разорвут в клочья. У нас сегодня поздний общий сбор, прости.
- Ну, беги. Спасибо, что пришел.
Захлопнув за ним дверь, Лилька почувствовала неожиданный прилив энергии. От недавнего состояния измотанности не осталось и следа. Невидимая сила внутри пружинила и требовала выхода. Лилька прошлась по комнате вдоль, поперек и еще пару раз по диагонали. Постояла в планке и присела двадцать раз. Энергия не убывала. Она подумала даже еще раз выйти на прогулку с Тугриком, но тот мирно спал пузом кверху, подрыгивая задней лапкой. Прерывать такой сон было бы бесчеловечно. На пятом повторе маршрута хождения по комнате Лилька уткнулась взглядом в звуковую чашу. Попробовала поиграть на кухне, чтобы не разбудить Тугрика. Но это тоже не помогло сбросить энергию.
«Черт с тобой!» - непонятно на кого выругалась Лилька, и достала свой рабочий ноутбук. Дальше все происходило само по себе. Пальцы самостоятельно бегали по клавишам, нанизывая буквы в слова, а слова в предложения. Рождались абзацы, страницы примыкали к страницам, а Лилька все писала и писала. Она совершенно выпала из времени и подумала о том, который час, только когда за окном начало сереть. Решительно захлопнула ноутбук и свалилась в кровать.
Новый Лилькин день начался вполне привычно – с ощущения, что ее лицо полирует мелким мокрым наждаком какой-то изощренный косметолог-самоучка. По утрам Лилька обычно недоумевала – в каком таком состоянии измененного сознания она должна была находиться, чтобы решить завести собаку? Она – классическая сова, вот уже почти год пыталась подстроиться под режим Тугрика, и безнадежно проваливала этот проект.
- Сейчас, адская псина, выведу тебя, - просипела Лилька, отмахиваясь от его назойливого шершавого языка.
Ей казалось, что она только что уснула, но часы показывали двенадцать дня.
- Ого! – удивилась Лилька, и сразу же изменила тон с недовольного на жалостливый, - долго же ты страдал, мой хороший.
Так и не нашарив ногами под кроватью тапки и с усилием раскрыв только одни глаз, она поплелась на кухню, чтобы заварить себе кофе и насыпать собаке корма. Но сделав первый же шаг в коридор, внезапно поскользнулась и растянулась на полу во весь рост. Под ней было что-то мокрое и теплое. И это мокрое и теплое стремительно впитывалось в ее любимую пижаму с единорогами. Она представила себе, как презрительно морщат свои носы промокшие единороги, и ей вдруг стало так смешно, как не было уже очень давно - наверное, с детства. Лилька лежала на полу в коридоре и хохотала в голос, чувствуя, как со смехом из нее выходит что-то такое, что так и не сумело выйти из нее слезами.