Я повел отряд хорошо знакомым мне путем. Привычно остановился перед проходом, где обосновался «Салют». Вернее, я не знаю, как именно называется этот феномен — нигде больше в АТРИ пока такого не встречал, поэтому для себя окрестил его «Салютом».
Выглядел феномен красиво и страшно одновременно. Одна из бетонных стен была пробита насквозь, в проломе торчали перекрученные куски арматуры, клубилось странное радужное сияние. Оно сжималось в небольшой переливающийся шар размером с кулак, затем словно взрывалось с гулким бухающим звуком, выплескивая разноцветные волны салюта, заполняя мерцающими искрами почти весь проход.
— Это что за хрень? — не удержался Марек. — Первый раз вижу такое!
«Салют» откликнулся на его голос — бухнул особенно громко, словно поприветствовал. Сияние заискрилось, разметалось лучами по коридору, едва не дотянувшись до нашей живописной группы. Все, кроме меня, попятились, толкая друг друга.
Я достал маркер, кинул в мерцающее облако, послушал привычный «бух», удовлетворенно кивнул сам себе и пошел вперед, прямо через аномалию. «Салют» зашипел, засверкал с удвоенной силой, окутал меня плотной тучей искр. Ощущение, словно идешь через гигантский бенгальский огонь — тот самый новогодний фейерверк, который получается, если зажечь стерженек, покрытый бертолетовой солью. Страшновато, но в защитном комбезе абсолютно безопасно.
Миновав феномен, оглянулся на спутников и едва удержался от усмешки. Пока я шел сквозь «Салют», они стояли разинув рты, будто парализованные. Ну, просто музей восковых фигур!
Первым очухался Марек. Он кашлянул и спросил:
— Ну, чего, Бедуин? Запускать всех по одному?
— Давай.
Напарник подтолкнул Урюка:
— Пошел!
Тот заупрямился, переадресовал толчок Рыжему:
— Чего варежку разинул, недоумок? Ты первый. Шевели копытами!
Рыжий жалобно посмотрел на Урюка, набрал в грудь побольше воздуха и почапал сквозь яркое облако «Салюта» короткими приставными шажками, вздрагивая и вжимая голову в плечи при каждом очередном буханье, сопровождающимся выбросом обильной порции искр.
Следом за ним благополучно миновали феномен и остальные. Благополучно для здоровья, но не для нервов. Рыжий с Урюком на дрожащих ногах тихо сползли по стеночке, профессор пристроился рядом с ними. Марек украдкой вытер пот со лба, перехватил мой взгляд, вымученно улыбнулся и тихонько пояснил:
— Такие дела, Бедуин… Вот сколько лет АТРИ топчу, а добровольно в активную аномалию впервые сунулся. Было дело, пробегал через «Поцелуй Борю в зад». Но тогда он был неактивен, разряжен. А тут шипит, сверкает, того и гляди долбанет, причем как и чем — непонятно, и оттого еще страшнее… Смотрел вот на тебя со стороны — ты прошел, значит, вроде оно и безопасно, а как самому идти, очко все равно играет. На подкорку у меня записано: активный феномен — это смерть! Добровольно сквозь него идти, словно самому к стенке вставать и гадать, какие патроны в рожках у расстрельной команды — холостые или боевые…
— Как видишь, бывают исключения. И среди феноменов довольно симпатичные попадаются, — пошутил я.
— Но очень редко, — хмыкнул Марек.
— Ладно, привал окончен, двигаем дальше, — объявил я.
Урюк в знак протеста замахал рукой:
— Айн момент, Бедуин. Дай хоть в себя-то прийти. Сейчас перекурю и пойдем.
— Никаких сигарет! — отрезал я. — Лучше водички из фляги попей. Или водки хлебни.
— Без муда… э… всяких там проводников решу, что для меня лучше. — Витек демонстративно извлек из кармана пачку «Данхилла» — немыслимое пижонство для АТРИ — и попытался закурить, но я выбил сигарету у него из рук:
— Сказано, нельзя!
— Да чего ты ко мне все время цепляешься? — озверел Витек. — Пока не покурю, дальше не пойду!
— Останешься здесь один.
— Да пошел ты!
Дело плохо. Наш майор-мародер уперся рогом. Я бы и разрешил ему покурить, но запах табака наверняка привлечет к нам горлумов. Их «семейка» обитает в одном из помещений по соседству. Раньше мне всегда удавалось проходить мимо незамеченным, но я тогда был один, без шумного, курящего «балласта».
Горлумы — тоже гости с того света, но, в отличие от остальных пришельцев, не умеют становиться невидимыми. Внешне они сильно напоминают одноименный персонаж — этакие голые невысокие люди-уродцы с безволосыми головами, огромными, вполлица, глазами и хилыми телами, обтянутыми сероватой сухой кожей. На этом сходство заканчивается и начинаются различия. Несмотря на внешнюю хилость, атрийские горлумы необычайно сильны и подвижны — один удар костистым кулаком или ороговевшей пяткой способен пробить человеку череп. Передвигаться горлумы предпочитают на четвереньках, причем невероятно быстро. Естественно, хищны и всеядны и просто обожают человечину…