В какой-то момент я почувствовала, что оказалась в запретном месте. Несколько лет назад один мальчик запретил мне появляться здесь. И вот, мои предатели-ноги принесли меня именно сюда.
Шаги позади меня были все ближе. Я побежала. Мои преследователи побежали тоже. Мысли сбивались, хотелось кричать, и я кричала. И делала это так сильно, что должна была проснуться вся округа, но единственный, кто появился на моем пути, оказался мальчиком лет тринадцати в старом поношенном сером пальто. Его темные волосы были в беспорядке. Наверное, своими криками я выдернула его из постели. Да и к тому же теперь подвергла опасности. Ведь, скорее всего, он не сможет одолеть этих страшных мужчин в одиночку, а я ему в этом точно не помощник. И тогда темные щупальца заберут его вместе со мной.
Мальчик округлил глаза, когда разглядел меня. Я поступила также. Ведь он был очень похож на того, кто заставил меня убежать отсюда в прошлый раз.
– Ну, держись, соплячка! – меня дернули сзади за руку. Было больно от резкого обращения. Вскоре должен появиться синяк.
Я обернулась и увидела мужчину с бутылкой. У него были синие глаза, которые обрамлялись красными полосочками на белом фоне глазного яблока. Он дышал на меня таким зловонным перегаром, что к горлу подкатывала тошнота. Хотелось скорее убежать подальше, но он держал так крепко, что у меня не было шансов.
Следующее мгновение произошло как в тумане. К нам подбежал тот самый мальчик и лягнул мужика по ноге. Тот скрючился и слегка ослабил хватку. Алкоголь в его организме играл самую важную роль в моем спасении. Сероглазый мальчуган вырвал мою руку из ужасного капкана, и тут же бросился бежать, увлекая за собой. Его пожатие было не таким грубым, но все же очень сильным для подростка. И он бежал так быстро, что я едва поспевала за ним.
– Я же говорил тебе никогда здесь не появляться! – кричал он мне, не поворачивая головы.
– Я… я… – не могла я вымолвить и слова.
Он замолчал, а потом резко остановился, убеждаясь, что никто нас не преследует. Мы были уже около моего дома. И тени не казались мне больше такими пугающими. Знакомый двор защищал меня от них. А мальчик, все еще державший меня за руку, внушал особенное спокойствие. Я не боялась его. Он ведь спас меня.
– Я очень испугалась, – произнесла я тихо, как только он повернулся ко мне.
Незнакомец отпустил мою руку и сделал шаг в сторону.
– Надеюсь, теперь ты убедилась, что не надо тебе туда ходить. Никогда. Сегодня тебе повезло, что я оказался рядом.
Мальчик последний раз взглянул на меня и, больше ни слова не добавляя, зашагал прочь. В темноту сгущающихся теней.
Когда я проснулась, то первое, что увидела – это серебристые глаза Марка. Он все так же сидел у меня в ногах и сонно улыбался. Маленький мальчик в мгновение исчез из моей головы, заменяясь другим, намного более взрослым и красивым. Мой сон, как и все предыдущие, растворился, не оставляя о себе ни единого воспоминания.
– Доброе утро, – пробормотал Марк, зевая и прикрывая рукой рот.
– Доброе, – улыбнулась я в ответ, радуясь, что он больше на меня не злится. – Как спалось?
Он вытянул правую руку, и покачал ей из стороны в сторону, изображая жест, говорящий, что выспался он не очень.
Я тут же поднялась со своей кровати. Тело уже чувствовало себя гораздо лучше, а голова практически не кружилась.
– Встань. Мне нужно кое-что сделать.
Марк без вопросов повиновался.
– А теперь… – произнесла я, стягивая с кушетки матрас. Мне он больше не требовался. – Ложись.
Парень только усмехнулся и прошествовал на свое привычное место у соседней стены.
– Уверена? – спросил он.
В ответ я кивнула и отправилась на выход. Нужно было привести себя в порядок.
С каждым днем мне становилось все более неловко находиться рядом с этим парнем. Даже будучи побитым, он умудрялся выглядеть и пахнуть все так же свежо, как и в первый день нашего знакомства. Я же все больше походила на огородное пугало со своей неукротимой шевелюрой.
Умываясь, я понимала, что все больше увязаю в мыслях о своем соседе. Марк вообще был довольно интересной для изучения личностью. Он не был похож на всех тех, с кем я до этого была знакома. Как минимум потому, что его история слишком отличалась от историй десятков других людей, с которыми мне доводилось общаться.