– Тебе тогда сильно досталось?
– Не сильнее, чем всегда. Меня волновало другое. Я хотел знать, зачем они туда пришли и поняли ли они что-то. Но вместо этого пришлось смывать с одежды кровь и маскировать ссадины, чтобы не заметила мама.
– Боже мой, Марк…
– Все в порядке, – невесело улыбнулся парень. – Я привык.
– Что было дальше?
Марк пожал плечами.
– Дальше все было как обычно. Я продолжал играть в сталкера, еще тщательнее следил за тем, чтобы ты не появлялась там, где не стоило, и высматривал тех, кто мог тебе навредить. И в то же время не замечал, как ты меняешься. Мальчишки, которые задирали тебя, начинали все больше обращать на тебя внимание, но ты будто не видела этого. Все время выглядела подавленной. И общалась лишь с одним человеком – твоим белобрысым.
На лице парня отразилась неприязнь.
Или мне только показалось?
– К тому моменту мне уже исполнилось восемнадцать и по договору с твоим отцом, я должен был взяться за более серьезные дела. Я сдал экзамен по вождению еще в семнадцать, а когда смог официально водить машину, стал частенько развозить ребят на сделки. В общем, времени у меня стало меньше и меня это ужасно бесило. Я был поблизости в те моменты, когда тебе это было и не нужно, но не имел возможности помочь, когда опасность действительно существовала.
– Лин знал об этом? О том, что ты следил за мной? – спросила я, все еще не веря в происходящее.
– Возможно. Он ничего мне об этом не говорил. Наверное, ему было забавно наблюдать за этим. Хотя, может, ему просто было все равно. Арк говорит, что я ему дорог и, поэтому тоже могу послужить приманкой, но это не так. Если бы ты сбежала, оставив меня здесь, он бы просто забыл обо мне, и продолжил делать то, что делал.
– Но ты говорил, что ты его любимчик.
Марк усмехнулся.
– Из всего того сброда, что он собрал? Да, наверно. Но это не моя заслуга.
– Может ему нравится, что ты такой? Идешь наперекор, пытаешься выкарабкаться.
– А еще не боюсь затеять с ним драку, ага, – отвел он глаза.
– Драку?
– Думаешь, я мог спокойно отреагировать на то, что он влез в твою жизнь? – снова вперил в меня пронзительный взгляд Марк. – Я столько лет держал слово, не подходил слишком близко, следил за тем, чтобы ты ничего не узнала, а он все это разрушил. Именно после того как он решил с тобой познакомиться, все и началось. Он выдал тебя им.
– Зачем?
– Я не знаю. Может, устал быть один. Его ведь никто особенно не любит. Одного друга он предал, другого убил я. Семью он собственноручно оттолкнул. Он был в отчаянии. Но это ничего не меняет. Он не имел права поступать так с тобой. Единственное, что он мог для тебя сделать – это заставить твою маму уехать вместе с тобой и никогда не появляться в вашей жизни.
– И за это ты его ударил?
– Я не выдержал, – развел он руки. – Что мне еще оставалось?
Я улыбнулась.
Тепло продолжало распространяться по телу, несмотря на холод, исходящий от каменных стен.
– И все же это он просил тебя предупредить меня? В тот день, когда ты пришел ко мне домой.
Громов кивнул.
– Сначала я ему не поверил. Думал, что он шутит или я его настолько достал своими закидонами, что он захотел меня подставить. Но потом узнал, что это правда. На тебя вышел Арк, но мы не были уверены в его дальнейших решениях, поэтому действовали вслепую.
– Почему ты пришел к моей маме, а не дождался меня, чтобы все рассказать?
– Я хотел, чтобы она тоже знала о том, что происходит. Она казалась более осведомленной, поэтому могла убедить тебя остаться дома.
– Ты не просил ее помочь удержать меня. Ты говорил, что я должна пойти с тобой к моему отцу!
– Сглупил. Признаю.
– Поэтому теперь ты здесь? Потому что сглупил?
– Боже, – вздохнул он. – Эта тема для тебя бесконечна. Да, возможно, поэтому. Все, кто когда-либо пытались меня воспитывать, кроме моей мамы, были убеждены, что совесть и чувство вины это нечто… бесполезное. Я не должен был винить себя в том, что не смог уберечь тебя. Но я винил. И считаю, что делал правильно. Я хочу доказать, что даже в моем мире можно быть верным своему слову и оставаться человеком.