На самом же деле я знала, что мама тогда была в большей степени занята собой и построением своей карьеры, чтобы прокормить меня. Когда бабушки рядом не стало, не только моя жизнь стала намного сложнее. Но мама всегда была гордой, и ни за что не призналась бы себе в этом. Ей было проще смириться с новым положением вещей, чем сделать шаг назад. Возможно, ее возвращение в родной город тоже было тому подтверждением. Она слишком поздно поняла, что вместо того чтобы сбегать, должна была быть сильной и помириться с родителями, попытавшись найти с ними общий язык. Она считала себя виноватой. Поэтому до сих пор жила в их квартире, не желая даже слышать о переезде.
– Когда ты уезжала на похороны, где ты была на самом деле? – поинтересовалась я.
– Она привозила мне вещи, которые я забыла здесь, – ответила за нее бабушка.
– Какая прелесть! – воскликнула я саркастично.
– Ты не понимаешь! – вновь подала голос мама. – Я была зла. Думала, что меня по доброте душевной приютила хорошая женщина, а в итоге оказалось, что это очередная подачка Александра. Я не хотела иметь с ним ничего общего, а он подослал свою мать, которую я никогда в жизни не видела. Он не показывал мне ее фотографии и никогда о ней не говорил. Его отец запрещал ему с ней общаться.
– Ему ты тоже когда-то соврала? – обратилась я к бабушке.
– Нет, Дана, – отозвалась она. – Просто он был очень сложным человеком, и отобрал у меня сына.
Я тяжело вздохнула.
И за что мне такие родственники?
– Я завралась, прости, – продолжила мама. – А потом мне стало стыдно признаваться тебе. Я думала, что все однажды кончится, он отступит и перестанет искать встречи с тобой. Думала, что исключив его мать из твоей жизни, исключу и его самого. Без нее он не мог следить за нами. Но через несколько лет он объявился сам.
– Ты была со мной все это время. Ты видела, что со мной происходит.
– Да, я все видела и все помню. Но я боялась, что ты возненавидишь меня, если я все тебе расскажу.
– А сейчас не боишься? – спросила я ровным тоном, не задумавшись о том, как это может быть больно слышать.
Она промолчала.
– Расскажи ты мне об этом в одиннадцать или даже в двенадцать, я бы могла все забыть и простить тебя. Может быть, я могла бы даже понять тебя, когда мне исполнилось пятнадцать и Лин снова решил со мной познакомиться. Но сейчас…
– Не злись на нас. Мы совершили много ошибок, но я уверена, что твоя мама всегда желала тебе только лучшего. Я понимаю ее, – произнесла вместо нее бабушка.
– А я вот нет. И вообще ты же ничего обо мне не знаешь, – ответила я колко. – И тем более ты не знаешь, как я умею злиться. Ты была заодно с ними. Ты отказалась от меня, хотя я любила тебя больше всего на свете. Ты не видела меня столько лет, и видимо все еще не поняла, что той десятилетней девочки, которую ты помнишь, уже давно нет.
Мои глаза горели как никогда. Я была настолько зла и подавлена, что хотелось кричать. Но я все еще держалась, как и просил меня Марк.
– Узнаю этот взгляд, – тихо вымолвила бабушка.
Я нервно хмыкнула, вновь вспоминая о своем соседе.
– Что, мой отец, да? Тоже хочешь меня с ним сравнить? Ну что ж, давай, – всплеснула я руками. – И знаешь, возможно, впервые в жизни я не буду его в этом винить. Злобную истеричную фурию из меня сделали ваши интрижки, так что полагаю и он в детстве не был таким. Может, по его психике тоже проехались пару раз, прежде чем он слетел с катушек, и превратился в того, кого все боятся? Марк рассказывал, как он был жесток с теми, кто его предавал.
Пожилая женщина прикрыла глаза. Похоже, я снова попала в яблочко. Моя интуиция за время заточения в личной темнице явно улучшилась.
– На этом, я полагаю, наш разговор окончен? Вам больше нечего мне сказать? – спросила я холодно. – Отлично. В таком случае я попрошу вас не беспокоить меня сегодня по пустякам. Надеюсь на понимание.
Ответа снова не последовало, что я расценила как согласие, а потому, прожигаемая двумя родными и еще недавно такими желанными взглядами, прошествовала вон из кухни.
Глава 21.
Долгое время я стояла возле окна, прижавшись лбом к стеклу. Смотрела вниз, на ту самую лавочку, где десять лет назад бабушка отпускала мою руку со словами о том, что обязательно пойдет со мной в кино. Я тогда даже успела выбрать ужастик, который так до сих пор и не посмотрела. В память об этой женщине. А теперь она вернулась, думая, что я все еще этого жду. Как же легко у них получается распоряжаться моей жизнью. Просто диву даюсь.