— Еще чего?
Он второй рукой достает свой телефон и немного отстраняя от себя, делает фото со вспышкой, ослепляя меня как летучую мышь, мерзавец.
— Эй, я не разрешала себя фоткать!
— Ты на меня напала, причинила мне физические увечья и морально растоптала своими обзывательствами. Как думаешь, тянет ли на административную статью?
— Хах! Засунь свои познания КоАП поглубже в… – но этот гад меня перебивает.
— Такой, как ты, я бы не стал ничего засовывать, извини.
Он нагло смеется, и это цепляет. Во мне поднимается буря, способная снести с его лица противную ухмылочку пощечиной. Однако я сдерживаюсь, осознавая, что прежде чем вынашивать план мести, мне стоит разобраться, кто он такой. В этом клубе полно психов, и не хотелось бы оказаться в ненужной конфронтации. Однако спускать все с рук не входит в мои планы, показываю ему средний палец и вырываюсь из хватки.
В спину мне летит:
— Надо было просто извиниться, Вжик.
П-ф-ф. Конечно. Не удивлюсь, если он юрист, скорее всего не очень успешный.
В этом клубе софиты обжигают, основного света нет, но сотни небольших лампочек, направленных хаотично и не очень умно, дезориентируют в пространстве. С трудом нахожу Мишу и говорю, что его кукла ревет в туалете, если ему надо, пускай сам ждет дальше, а я поеду домой.
Вечеринка была хорошая, но осадок остался очень противный.
К ночи температура упала, и на улице стало приятно. Я достала ментоловую сигарету из пачки и прислонилась к кирпичной стене соседнего здания. Несколько лет назад я бросила курить, но ссора с отцом расшатала мои нервы и растрепала душу. Эта сигарета – уже четвертая с тех пор, как я сорвалась. Я купила новую пачку и выкинула все, оставив в пачке семь штук, выкурю их и окончательно брошу. Семь, потому то это мое счастливое число.
Пока я жду такси в тени стены, замечаю, как мой обидчик выходит из клуба один и уезжает на ожидающем его внедорожнике. Ясно, мажор на дорогой машине.
Когда-то и меня считали золотой девочкой, хорошо, что это все уже в прошлом.
Глава 2. Лифт
Ночь превращается в череду звонков от друзей Миши, которые, один за другим, признаются мне в любви и посылают трогательные видеоролики из караоке. Парни у него классные, но все такие же придурки, как и Миша, постоянно меняющие девчонок.
Я перебралась сюда полгода назад. Раньше я жила с отцом в Италии, но после нашей грандиозной ссоры мне пришлось уехать к брату, какое-то время я висела на его шее. Миша меня обожает и не выносит моего отца. Через пару месяцев отец смилостивился и выделил мне деньги на покупку жилья и начал платить ежемесячное пособие. Работы у меня тогда не было, и я не могла отказаться от его помощи — она была куда предпочтительнее бесконечных вечеринок с братом.
Когда Мише было три его отец погиб в автокатастрофе, он его практически не помнит. А потом мама познакомилась с моим папой и закрутила роман, вышла замуж во второй раз. Моего папу она очень любила, я это помню прекрасно. Но ее не стало, когда мне было пятнадцать, а папа с тех пор стал жестким и непробиваемым, стальным и черствым мужчиной. Мне кажется, мама поддерживала его светлую сторону в каком-то особенном режиме. А вот с Мишей у моего отца отношения не сложились, брат продолжал общаться с бабушкой по папиной линии, и она предложила ему в восемнадцать лет переехать к ней в Москву и поступать в ВУЗ в России. Мама не одобряла этого решения тогда, но и держать при себе сына как курица-наседка тоже не хотела. А спустя два года она скоропостижно ушла. Теперь Миша и папа – самые близкие люди, которые у меня есть, но с одним я разругалась вхлам, а другой поражает меня своим беспечным образом жизни.
В последнее время мой сон ограничивается тремя-четырьмя часами, и я, как ни странно, чувствую себя нормально. Мои нервы начали сдавать после того, когда я уехала от отца с разбитыми связями привязанности. Пока приходила в себя после его неожиданного поступка, я прошла долгий путь самопознания. Сначала утешалась вином, затем увлеклась чтением гороскопов, писала стихи, а теперь ночи напролет провожу, погруженная в чтение финансовых отчетов компаний, которые печатаются в открытых источниках. Хоть какая-то польза от этого. Можно было бы заняться йогой или обратиться к психологу, но мне просто лень. Недавно отец предложил вернуться и забыть о нашем «недоразумении», но теперь я не могу ему доверять. Даже не представляю, что должно случиться, чтобы я снова могла вернуться к нему.
Сегодня я проснулась изможденной, но, тем не менее, плетусь на работу значительно раньше назначенного времени — сон ускользнул от меня еще до рассвета. На пути в офис я заезжаю в соседнюю кофейню за чашкой кофе и устраиваюсь у окна, чтобы полистать новости. До начала рабочего дня еще целых сорок пять минут. Как жаль, что я не смогла найти себе занятие дома: собаки для прогулок у меня нет, а тетя Маша уже давно пылесосит пыль. Эх…