Ждать долго не пришлось. Первый, самый ранний клиент приполз за новой дозой. Он робко постучал в дверь и тут же показал свою худую, пожелтевшую физиономию.
— Проходи, задрыпыш, проходи. — Мужчина неуверенно прошел в гостиную. В руках он сжимал талон. Грегу даже стало любопытно, где он смог раздобыть это «сокровище». Украл. Конечно же, украл. Не заработал же!
Джо обернулась. Она стояла в углу, когда ссохшийся мужчина вошел в дом. Девушка сглотнула. Ей стало нестерпимо жалко этого человека. Его руки были такими же, как у Сильвии — больные кости, обтянутые кожей.
— Ты убьешь его. — Обратилась она к Грегу. Знать, что он продает яд смерти и видеть своими глазами — разные вещи.
— Ох, нет, киса. — Грегор улыбнулся. — Это сделаешь ты. Ведь, — он развел руки. — ВОП у тебя. — Парень кивнул наркоману. — Дерзай, задрыпыш. То, что тебе нужно — у нее.
Глаза наркомана метнулись в сторону девушки. Несколько секунд он соображал, что от него требуется, а затем сделал в ее сторону неуверенный шаг.
Сухие губы дрогнули. — Пожалуйста. — Проговорил он слабо.
— Проклятье! — Тихо прошептала Джо. С минуту она неотрывно смотрела на мужчину. Его лысеющая голова странно подергивалась, как при нервном тике. Джо перевела взгляд на драгдилера. На его лице сияла ухмылка. — Нет. — Сказала она и чуть ли не бегом вышла из дома.
Дверь за Джо учтиво прикрылась. Тяжело выдохнув, она присела под окном на землю, погрузив руки в волосы. Виски пульсировали, а нога подергивалась. Она пыталась выбросить из головы воспоминания о сестре до того, как родителей не стало. Ведь они были как две капли воды, с разницей в два года. А теперь… Джо так и видела, как Сильвия приходит на своих тонюсеньких ножках в этот дом и буквально продает душу за наркотик. За дозу. Как приносит жалкие, помятые талоны на питание, как протягивает их трясущимися руками, и ничто вокруг ее не волнует, как этот порошок. Она выглядит так же отвратительно жалко, как и этот мужчина. Ее тело уже давно сдалось. Оно буквально гниет изнутри, но остановиться, не просить ВОП оно не может.
Джо тяжело выдохнула и провела ладонями по лицу. Желудок заурчал, но девушка лишь прикрыла глаза. Не ела она со вчерашнего дня, но в сравнении с тем, насколько голод стал частым гостем в их доме, день — сущая ерунда.
Дверь распахнулась, и на свет выполз наркоман. Он бросил на девушку взгляд полный лютого гнева, но это было все, на что он способен. На своих тощих ногах он поплелся прочь, низко опустив голову.
— Скоро его не станет. — Протянул Грег. Вышедший следом, он наблюдал за клиентом. Застыл в задумчивой позе, скрестив руки на груди. — Ты все же убила его, тигрица. Он больше не придет. Ломка сломает его. Через час или полтора. — Драгдилер выглядел грустным, он посмотрел на мутное небо взглядом человека, у которого нет выхода, а затем, как ни в чем не бывало, сладко зевнул и потянулся.
Джо опустила руки. Она смотрела вдаль, на жалкое подобие мира. Ее тошнило от серого пейзажа, от перекошенных домов, от осунувшихся лиц людей. Все они, все, кто выжил и пытался жить на самом деле мертвецы.
— Ты убил его в тот день, когда дал первую дозу.
Грегор усмехнулся. Она ничего не знала о ВОП, иначе не говорила бы так. Чутье подсказывало, что скоро прибудет Тайлер.
— Проваливай, тигрица. ВОП оставь себе. На память. А может, сама захочешь расслабиться. — Парень ухмыльнулся.
— Ладно, говнюк.
Джо поднялась на ноги, а руки засунула в карманы комбинезона. Левой положила два пакетика ВОП, правой взяла раскладной нож. Обычно им она обтачивала палки, когда отправлялась в лес. Лезвие всегда было идеально острым.
— Твоя взяла. — Девушка раскрыла, замахнулась и бросила нож. Тот воткнулся в косяк двери на расстоянии сантиметра от левого уха Грегора. — Оставь себе. На память.
Глава 3.
Грег молча наблюдал, как Джо исчезает среди полуразрушенных построек. Не то, чтобы она его впечатлила… Хотя нет, впечатлила. При этом парень чувствовал какое-то странное тепло внутри. Не то тепло, которое бывает при влюбленности, а скорее дружеское. Ему понравилось с ней припираться и получать ответ. Он повернулся, и одним сильным рывком выдернул нож. От того места, вверх и вниз, пошли короткие, но глубокие трещины. Теперь и без того уродский косяк выглядел еще более уродливо. В его руках оказалась самая обыкновенная бабочка. Парень чуть коснулся лезвия, желая проверить остроту, и тут же порезался. Из пальца вытекла капля ярко-красной крови.