Лена достала телефон и открыла заметки, где хранила концепцию проекта:
«Бегство как искусство».
Исследование современного человека, выбравшего радикальную стратегию ухода от общества. Не отшельничество. Не агрессию. А побег — динамичный, постоянный, изобретательный.
Цель: создать ситуацию, из которой невозможно убежать. Зафиксировать момент трансформации. Что происходит, когда человек, живущий бегством, вынужден остановиться?
Она перечитала и добавила новую строчку:
Дополнение: объект начал узнавать наблюдателя. Реакция усиливается. Возможно, требуется изменение тактики — перейти от наблюдения к провокации.
Лена улыбнулась. План созревал.
К вечеру четверга Денис был на грани нервного срыва.
Он не вернулся в офис после обеда. Прислал Максиму: «Проблема с сервером у клиента, работаю удалённо остаток дня». Потом отключил рабочий телефон и просидел в антикафе на другом конце города до семи вечера, делая вид, что работает, но на самом деле просто тупо глядя в экран ноутбука.
В голове крутилась мысли: «Она знает, где я работаю. Она знает, где я обедаю. Что ещё она знает?»
К восьми вечера Денис убедил себя, что она, возможно, знает и где он живёт. И это означало, что идти домой напрямую нельзя. Нужно проверить.
Он вышел из антикафе, поймал такси и попросил высадить его за два квартала до своего дома. Потом он пешком, петляя и постоянно оглядываясь, приблизился к своей пятиэтажке.
Всё было нормально. Никаких подозрительных рыжеволосых девушек с блокнотами. Никаких машин с включённым светом. Только обычный вечер спального района.
Денис выдохнул с облегчением и зашёл в подъезд.
Поднялся на третий этаж. Достал ключи. Открыл дверь.
Однокомнатная, минималистичная, почти пустая квартира — именно такая, какая и должна быть у человека, готового в любой момент свернуться и исчезнуть.
Он скинул куртку, прошёл на кухню, поставил чайник.
И тут его взгляд упал на окно.
На водоотливе лежал листок бумаги.
Денис обомлел. Он жил на третьем этаже. Под окном — пустой двор, никаких балконов, лестниц, карнизов. Как этот листок мог там оказаться?
Он медленно подошёл к окну открыл, и потянулся к листу дрожащими пальцами. Тот оказался приклеенным на жвачку.
На бумаге, нарисованная цветным карандашом, была фигурка человечка, бегущего вправо. Под ним аккуратным почерком было написано:
«Ты красиво бежишь. Но куда? Давай поговорим. Завтра. «Эспрессо себе». 12:00. Обещаю не кусаться. — Л.»
Внизу был нарисован смайлик с высунутым языком.
Денис закрыл окно и уставился на записку.
Его первой мыслью было: «Она залезла на третий этаж, чтобы положить записку?»
Второй: «Она знает адрес».
Третьей: «Что вообще происходит?»
Он схватил телефон, готовый набрать... Полицию? И что сказать? «Здравствуйте, меня преследует девушка с блокнотом и она оставила мне милую записку с рисунком?»
Денис опустил телефон.
Он перечитал записку. Потом ещё раз.
«Давай поговорим».
Его радар кричал: Нет. Ни в коем случае. Это ловушка.
Но крошечная часть его сознания шептала что-то другое. Что-то про то, что, может быть, если он поговорит с ней, она отстанет. Что, может быть, если он выяснит, чего она хочет, всё это закончится.
Или — и эта мысль была самой пугающей — что ему немного, совсем чуть-чуть, любопытно.
— Нет, — сказал он вслух. — Нет, нет, нет.
Он скомкал записку и бросил её в мусорное ведро.
Завтра в двенадцать он будет в офисе, на своём месте, с наушниками и кодом. А в кофейню «Эспрессо себе» он не пойдёт. Никогда. Даже если она будет караулить его каждый день.
Денис налил чай, сел на диван и включил ноутбук, пытаясь сосредоточиться на работе.
Но взгляд постоянно скользил к мусорному ведру, где лежала скомканная записка с бегущим человечком.
В пятницу в 11:45 Денис сидел за своим столом в офисе и делал вид, что пишет код.
На самом деле он смотрел на часы.
11:47.
11:49.
11:52.
«Она сейчас уже там. Сидит. Ждёт. С блокнотом и своими безумными теориями».
11:56.
«Интересно, сколько она будет ждать? Пятнадцать минут? Полчаса?»
11:58.
«Что она вообще хочет? Почему именно я? Что я такого сделал?»
12:00.
Денис резко встал.
— Макс, я на обед, — бросил он руководителю, даже не дожидаясь ответа.
Он вышел из офиса, спустился на первый этаж, вышел на улицу.
И пошёл в противоположную сторону от кофейни «Эспрессо себе».
Прошёл квартал. Ещё один.