— В этой кровати? — продолжаешь. — Хочешь знать, как часто я кончала и сколько раз он брал меня сзади? Он очень любит трахать мою маленькую задницу.
Даже мой терпеливый никчемный братец теряет терпение. Это то, чего ты добивалась? Он хватает тебя, резко переворачивает на кровати и всем своим весом вдавливает в матрас.
Ты улыбаешься так, будто сорвала джек-пот. А потом поднимаешь голову.
— Тебе интересно, как часто мы делали это в нашей постели, когда тебя не было дома? — продолжаешь дальше, Эмилия. Ты хочешь всех нас убить?
Хорошо, думаю, это его добило. Он срывает штаны и шипит с такой яростью, какой я никогда не видел у него:
— Заткнись, Эмилия. — После чего отодвигает твои трусики в сторону и вбивается в тебя, Эмилия.
На моей кровати.
Ты громко стонешь. Он удерживает твои запястья над головой и трахает так сильно, как тебе нравится. И ты наслаждаешься этим в полной мере. Откидываешь голову назад. Закрываешь глаза, как будто, наконец, у цели после долгого путешествия, и полностью отдаешься ему. Потом хватаешь его за руку и прижимаешь к своей шее, Эмилия. И сжимаешь вокруг нее, Эмилия!
И он полностью подчиняется, потому что ненавидит тебя до глубины души. Он убьет тебя, Эмилия, с такой яростью смотрит на тебя сейчас. Затрахает до смерти. Постепенно до него доходит, что я делал с тобой. И как часто.
Он сжимает все сильнее, Эмилия. Ты едва можешь дышать, но, похоже, совершенно не возражаешь. Не знал, что ты так слабо держишься за свою жизнь. Его рука такая большая и полностью обхватывает твою хрупкую шею.
Это то, чего ты хочешь? Умереть в моей кровати и притвориться, будто это я тебя убил?
— Боже, как же я тебя ненавижу! — презрительно говорит мой брат, выходит из тебя и переворачивает на живот, Эмилия. Затем он хватает твои бедра и тянет их вверх. Ему действительно повезло, что он не хочет трахать тебя в задницу, потому что она принадлежит только мне.
Он снова вбивается в тебя, и я не знаю, почему стою здесь и смотрю. Но я не могу уйти, не могу пошевелиться. Внутренне содрогаюсь от гнева. Так много ярости, которую я успешно подавлял в последние недели. Сейчас она вернулась еще интенсивнее. Если он не убьет тебя, это сделаю я. Вот почему я не шевелюсь.
Он хватает рукой тебя за шею и вдавливает лицо в подушку. Ты не можешь пошевелиться, точно так же, как и я. Какая ирония.
Потом этот ублюдок кончает и сразу же выходит из тебя, сжав свой член.
Я выхожу из ступора, потому что вдруг стало так тихо, как будто кто-то остановил время. Бл*дь! Прежде чем успеваю моргнуть или осознать, что делаю, я стою рядом с вами, Эмилия. Мой брат сразу же замечает меня.
Я замахиваюсь и смачно бью его по челюсти, отчего он сваливается с кровати. У него идет кровь изо рта, Эмилия. Он вытирает ее, сплевывает на мой пол, ухмыляется, как будто всегда ждал этого момента, и бросается на меня. Я получаю удар в глаз, но только потому, что позволяю это. Он немного заслужил его, я знаю. Но он быстр, Эмилия. И очень много занимается спортом.
Когда мы падаем на комод, я получаю удар по почкам, хватаю его за руку и бью по плечу. Он врезается в меня другим плечом, и мы падаем назад через низкий предмет мебели.
— Мейсон, нет! — кричишь ты, зная, что Райли сейчас умрет. У него нет шансов, потому что я занимаюсь боевыми искусствами. Но, надо признать, правый хук у него хорош, потому что он дерется с накопившейся за двадцать лет ненавистью. Я перекатываю нас, сажусь на него и снова бью. Так приятно чувствовать, как ломаются кости его лица. Годы гнева и разочарования я выбиваю на его роже. Но он еще жив, Эмилия, и рывком поворачивается набок. Я падаю, и он, шатаясь, хромая и задыхаясь, встает на ноги. У него нет шансов, Эмилия. Сейчас он умрет.
Хватаю свою бейсбольную биту, висящую на стене, замахиваюсь и хочу разбить ему последний кусочек, что остался от его лица, но ты бросаешься между нами, сумасшедшая, глупая сука!
В последний момент я останавливаюсь. Бита всего в дюйме от твоей щеки, Эмилия. Если бы я по тебе попал, она бы разлетелась в щепки, а ты была бы мертва. Ты готова умереть за него, Эмилия? Серьезно?
— Мейсон! — говоришь ты дрожащим голосом, поднимаешь руки ладонями вперед и подходишь ко мне вместо того, чтобы убежать. Ты стоишь между мной и ним и не отклоняешься ни на миллиметр в сторону. Это все меняет.
Я бросаю биту, когда ты подходишь ко мне, совершенно бесстрашная, потому что я поклялся себе больше никогда не терять контроль. Не с тобой.