Глава 1. Белые розы и железо
Сад особняка Де Лука выглядел слишком мирным для семьи, чьё имя произносили шёпотом.
Белые розы тянулись вдоль мраморной дорожки.
Солнечный свет играл на фонтане.
Всё было идеально.
Слишком идеально.
Валентина сидела прямо, закинув ногу на ногу. В её руках был планшет — отчёты, цифры, контракты. Она читала внимательно, будто уже имела право принимать решения.
Хотя права у неё не было.
Пока.
Бьянка лениво крутила в пальцах виноград, время от времени бросая его в рот.
— Скучно, — протянула она. — Когда папа говорит «важное дело», это значит, что мы снова ничего не узнаем.
Марго сидела молча.
Она смотрела не на сад.
Она смотрела на дом.
Точнее — на окна нижнего этажа.
Сегодня с утра туда спускались рабочие.
Не обычные садовники.
Мужчины с холодными лицами.
И тяжёлыми ящиками.
Сёстры услышали шаги.
Дворецкий — синьор Альберто — остановился в нескольких метрах от них.
— Синьорины, — его голос был вежливым и ровным. — Ваш отец просил передать, что сегодня важный день.
Валентина подняла взгляд первой.
— И?
— Он сказал… — дворецкий выдержал паузу, — что приготовил для семьи новую игрушку.
Бьянка рассмеялась.
— Нам что, пять лет?
Но Альберто не улыбнулся.
— Игрушка будет храниться в подвале.
Марго почувствовала, как по спине прошёл холод.
Подвал.
С утра оттуда доносились глухие удары.
Металл о металл.
— Что именно строят? — спокойно спросила Валентина.
— Помещение для… особых гостей, — без эмоций ответил дворецкий.
В этот момент в глубине дома раздался звук.
Глухой.
Будто тяжёлая цепь упала на бетон.
Бьянка перестала улыбаться.
Марго медленно повернула голову к окну.
Внизу, за приоткрытой дверью, можно было заметить движение.
Мужчины крепили что-то к стенам.
Толстые кольца.Металлические скобы.Решётку.
Это была не комната.Это была тюрьма.Валентина встала первой.Её глаза блеснули.Не страхом. Интересом.
— Значит, папа решил, что время пришло, — тихо произнесла она.
— Для чего? — прошептала Бьянка.
Марго ничего не сказала.
Но внутри неё сжалось предчувствие.
«Важный день» в их семье никогда не означал ничего хорошего.
И новая «игрушка» в подвале не строилась просто так.
Кто-то должен был туда попасть.И вопрос был только один.Кто?
Марго медленно провела пальцами по лепестку розы.
Белые.Они всегда сажали белые розы.Символ мира.
Ирония.В их мире мир держался не на цветах.
Он держался на страхе.Мафия не была хаосом.
Она была системой.
Пять семей.
Пять направлений силы.
Де Лука — влияние.
Моретти — деньги и международные каналы.
Риккарди — оружие и силовые операции.
Вальенти — информация.
Соренти — уличные сети и контроль над низами.
Каждая семья знала своё место.
Каждая семья знала границы.
И над ними стоял один человек.
Алессандро Витторини.Дон.
Марго никогда не видела его лично.
Только портрет в кабинете отца.Только рассказы.
Только редкие упоминания в разговорах, которые обрывались, когда она входила.
Говорили, он помнит каждое обещание.Каждую клятву.Каждую кровь, пролитую без разрешения.
Говорили, что он не вмешивается, пока баланс сохраняется.Но если равновесие нарушено — он не прощает.Марго часто думала о нём.Какой он?
Старый?Холодный?Справедливый?
Или просто лучший стратег среди хищников?
Она выросла в мире, где убийство могло быть «необходимостью»,
где предательство называли «переговорами»,
а месть — «честью».
Металл снова ударился о бетон.Короткий, сухой звук.
Марго задержала дыхание.Цепи.Не комната для гостей.Не склад.Цепи.Она видела такие раньше.
В другом доме.В другой ситуации.
И всегда это означало одно —
кто-то будет удерживаться не по своей воле.
— Перестань так смотреть, — усмехнулась Бьянка. — Это всего лишь подвал.Всего лишь.
Марго медленно перевела взгляд на сестру.
В их мире «всего лишь» не существовало.
Если отец строит тюрьму внутри собственного дома,
значит, он не доверяет даже тем, кто за воротами.
Или…
он хочет, чтобы тот, кого туда посадят, видел, кому принадлежит его судьба.
Валентина встала и подошла ближе к дому.
— Это правильно, — сказала она спокойно. — Иногда нужно напоминать людям, где их место.
Марго посмотрела на неё.
Валентина говорила уверенно.Слишком уверенно.
В её глазах не было тревоги.Только расчёт.
Марго знала этот взгляд.Жажда.Не крови.
Контроля.
Она снова посмотрела на окна нижнего этажа.
Почему именно сейчас?
Они не находились в открытой войне.
Никто не объявлял конфликта.
Отец не выглядел напряжённым в последние дни.
Значит, дело не в масштабах.
Значит, это личное.
А личное в их семье всегда опаснее политики.
Марго сжала пальцы.
Если подвал превращают в тюрьму,
значит, отец хочет, чтобы кто-то страдал медленно.
Не для показухи.А для информации.Для давления.
Для урока.И самое тревожное было не это.
А то, что отец не сообщил им ничего.
Обычно он давал хотя бы намёк.Сегодня — тишина.
Марго подняла голову к небу.Она не боялась крови.
Она выросла среди неё.Но она боялась момента, когда дом начнёт пахнуть железом.
Потому что после этого всё меняется.
И если цепи закрепляют сегодня…
значит, кто-то уже в пути.И вопрос был не «кто».
А «почему именно здесь».