― Такое дело, ― и чуть не упала, перепуганная хохотом двух дураков. Это я об Арчи и его дружке Фредди, схватившегося за живот от смеха:
― Ох, не могу, Коротышка, побег с тобой явно пошёл девушке на пользу! Кажется, она узнала самые главные слова в жизни, а как обрадуется этому её папа…
И снова в словах Шута мне почудилась скрытая насмешка. То ли это проявлялся его непростой характер, то ли на самом деле Фредди не так уж и уважал моего отца, как пытался нас убедить. А если это правда, то какие цели преследовал пока малознакомый мне друг Арчи? В любом случае, с ним следовало быть настороже.
Почувствовав, что заливаюсь краской стыда, расстроенная собственной неосторожностью, я внимательно взглянула в хитро прищуренные светлые глаза, хозяин которых оценивающе смотрел на меня, в эту минуту явно что-то для себя решая. И от этого несомненно умного и проницательного взгляда почему-то ужасно захотелось спрятаться куда-нибудь подальше. Нет, меня не пугал этот симпатичный деревенского вида паренёк, но на душе внезапно стало так горько, словно я уже в чём-то успела перед ним провиниться…
Глава 15
Смущённая и расстроенная подобными мыслями, я бросила обломок гребня, случайно попав Фредди в лоб. От неожиданности он икнул и замолчал, а Арчи похлопал его по плечу:
― Видишь, чем кончаются попытки посмеяться над прекрасной дамой. И учти, что это она ещё не прицеливалась, ― он весело подмигнул и, подойдя, осторожно коснулся моих волос, прошептав что-то ласковое. Рваная тряпка легко от них отцепилась, свалившись на пол, гребешок снова стал целым, а волосы шёлковой волной упали на спину.
― Ах, ты… мог это сделать с самого начала, но позволил мне мучиться, вырывая клочья? Вот как, по-твоему, рыцарь должен помогать своей «даме»? ― вспыхнула я и, подхватив тряпку, хорошенько выбила ею одежду пытающегося закрыться руками рыцаря. И снова два взрослых дурака принялись хохотать, будто бесить меня доставляло им особое удовольствие. Гордо задрав нос, я отвернулась от недостойных внимания типов, негромко сказав:
― Смотрю, вы кое-что забыли, мальчики! Как только мы покинем пустоши, магия снова ко мне вернётся, и тогда смеяться буду я…
Они сразу притихли, но Фредди не выдержал, грустно добавив:
― Благородная Франни, наверное, хотела сказать ― если покинем…
Я видела, как Арчи легонько толкнул приятеля в бок, но, сразу сникнув, отвечать не стала, ведь он был тысячу раз прав. Продолжить дискуссию на эту тему не позволил оглушивший нас рёв. Повозку тряхнуло, такими тяжёлыми были шаги неведомой твари, с каждой секундой, неумолимо приближавшейся к нам.
― Даже если она и не заметит маленькую повозку, без труда её раздавит, ― думаю, каждый из нас в тот миг это понимал.
Сжавшись в комок от страха, я пыталась мысленно прогнать чудовище прочь, уговаривая его:
― Ну, пожалуйста, что тебе стоит, просто пройди мимо. Мало что ли в пустошах места…
Арчи и Фредди, не сговариваясь, придвинулись ближе, закрыв собою «прекрасную даму» от надвигающейся опасности. И хоть этот жест, конечно, не спас бы меня от гигантской туши, но попытка была засчитана, и я простила им ещё недавно бесившие глупые смешки…
А между тем шумное дыхание зверя, казалось, уже проникало внутрь нашего убежища. Мы затаились, теряя последнюю надежду. Арчи обернулся и, посмотрев на моё лицо, достал из куртки свирель. Не знаю, на что он рассчитывал ― вдруг разноцветные мотыльки прорвутся сквозь ненадёжный полог иллюзии и уведут чудовище как можно дальше от нас?
Мелодия была другой ― это всё, что я смогла тогда понять. Не появилось ни мотыльков, ни иных чудесных существ, но пугающее дыхание внезапно замерло, а рёв прекратился. Чудовище снаружи словно опешило, а затем, издавая повизгивающие звуки, помчалось прочь так быстро, что повозка и всё, что находилось внутри неё, не исключая нас, задрожало, грозя развалиться в любую минуту.
Мы упали на пол. Рядом с головой прокатился кувшин, лишь чудом её не задев, а ногу придавила чья-то немаленькая туша. Я охнула, почувствовав, как сильные руки поднимают и усаживают меня на пол, бережно придерживая за плечи.
― Как ты, Франни, не очень пострадала? ― голос Арчи был так нежен, но не было сил ему ответить. К тому же опрокинувшаяся лампа погасла, и вряд ли в полной темноте он смог бы разглядеть мой слабый кивок.
Я почувствовала, как его ладони обхватили лицо, а губы прошептали совсем рядом:
― Скажи хоть слово, малышка, а то твой рыцарь сойдёт с ума от волнения, ― от звука его хриплого тревожного голоса я сразу взмокла и задрожала, не понимая, почему при этом так жарко и тяжело дышать.