Но затаиваться и смиряться с судьбой он больше не захотел. В конце концов, никогда он не слыл мужчиной робкого десятка. Прямоугольная штука была уже у него в руке, и тут же он резко повернул голову, чтобы встретить врага лицом к лицу.
Волк стоял прямо перед ним и глядел на него стальными глазами, в них холодными бликами отражалась полная луна. Какое-то время они смотрели в упор друг на друга. Затем бригадир перевёл взгляд на свою находку. Бумажник? Его? А чей же? Он даже подмигнул волку, и вдруг волк завилял хвостом.
– Блин! – бригадир вспомнил, что у них здесь была собака. И как он мог спутать.
– Дружок! – позвал он, и собака дружественно тявкнула. Ну и напугал ты меня, сукин сын! – бригадир выдохнул, взвесил на ладони превратившийся в льдышку бумажник и спрятал его подальше за пазуху.
– Больше так не делай, – сказал он Дружку, и Дружок закивал, точно соглашаясь.
Эта собака недавно прибежала к ним сама откуда-то из деревни и устроила себе логово под вагончиком.
– Покормить бы тебя чем-нибудь надо, – сказал бригадир и протянул руку, намереваясь почесать Дружка за ухом, но полудикий Дружок испуганно отпрянул.
– Чего ж ты от меня хотел? – бригадир никогда не был слишком сентиментальным, но тут так расчувствовался, что ему захотелось расцеловать этого пса, который, к счастью, оказался не волком.
Он стал с трудом подниматься на ноги. Дружок взвизгнул и убежал в сторону бытовки.
«А ну, кабы я замёрз? – рассуждал про себя бригадир. – Может, он меня всё-таки бы и съел?..»
О том, чтобы идти домой, не могло быть и речи. Он еле-еле дотащился до вагончика и стал стучаться, могучими редкими ударами.
– Кто там? – наконец послышался за стеной испуганный голос.
– Кто-кто – х.. в пальто! Развели тут волков, понимаешь…
И бытовочник, различивший добрые интонации в голосе бригадира, с облегчённым сердцем распахнул перед ним дверь.
– Не ждали так скоро? – сурово спросил бригадир, попыхивая полувысыпавшейся беломориной.
Пропущенная глава
"Слово не имеется, право, лучше
пошлой повести и плохого стиха…"
А.С.Хомяков
(И во второй раз мы испытываем терпение читателя, представляя его вниманию вместо полноценного текста лишь приблизительное его содержание. Дело в том, что на этот раз автор напился. Конфуз произошёл от чрезмерного употребления виски, приобретённого в магазине Duty Free симферопольского аэропорта, шотландского, но произведённого специально для Украины.
Называться глава могла бы "40 лет", поскольку в начале её автор подробно описывает, как он неудачно встретил свой сороковой день рождения. Заказал довольно дорогую сауну на четыре часа, а друзья пришли только к концу этого срока. Настроение было испорчено, и он напился. Пива.
Напившись пива, автор захотел подраться, но подраться было не с кем, и тогда он позвонил девушке, которую любил, но которая его не любила. Далее следуют очень длинные, изощрённые и в чём-то, увы, убедительные рассуждения, призванные уверить читателя в том, что автор вполне имеет право на проявление свойственной ему в состоянии алкогольного опьянения агрессии. Впрочем, подобное воспевание собственного злонравия способно вызвать лишь справедливое возмущение у взыскательной публики, а у кого-то может вызвать и отвращение. Посему мы не нашли уместным приводить какие-либо примеры этой полемики зарвавшегося эгоиста с самим собой и со здравым человеческим смыслом. К тому же, прийти к какому бы то ни было заключению автору так и не удалось, т.к. его способность к написанию текста была временно парализована. Последние абзацы он "дописывал" уже в беспамятстве, и чем ближе к концу, тем более его почерк становился похожим на почерк пробующей перо обезьяны.
Таким образом, и этот опыт, т.е. опыт писания под действием большой дозы алкоголя, следует признать неудачным.
Что касается сюжета главы, которая в реальности не была закончена, то всё сводится к тому, что герою (он же автор) так удачно удалось оскорбить поздним вечером всех на другом конце провода, как то: упомянутую девушку, её возлюбленного, и друзей этого возлюбленного (все они сидели там за столом), что на следующий день вся эта компания в количестве 5-ти человек (и не без приглашения!) завалилась с очевидно мстительными намерениями к автору на тогдашнюю его работу. Виновник же событий, в эти часы страдающий от нешуточной абстиненции, оказался в очень щекотливом положении, поскольку почти ничего не мог вспомнить из того, что сам натворил вчера. Вот собственно и всё.)