Нет, это уже слишком. Она начала бить его по груди, и я, обхватив её за талию, поднял и отнёс в другой конец комнаты.
— Пожалуйста, успокойтесь! Сейчас самое важное — сохранять спокойствие и верить, что с ней всё будет хорошо. — Я все еще держу Лию на руках и смотрю на брата. — Нам нужно забрать Арни, пока он не сказал Барри чего-то лишнего.
— Давайте снова спустимся вниз, — предлагает Дастин. — Но на этот раз давайте сделаем всё тихо и спокойно, без лишних ссор.
Я киваю и отпускаю девушку. Надо позвать Арни и найти Джо.
12 часов назад
После вчерашнего я проспал завтрак и вышел из комнаты только около полудня. Однако, взглянув на своих друзей, я понял, что они только что проснулись.
Джо сидела с ещё более поникшим видом, чем обычно. Её внешний вид был ужасен: одежда не стиралась уже два дня, лицо опухло и похудело, а кожа приобрела болезненно серый оттенок. Среди других людей в холле она выделялась тем, что стала похожа на всех умирающих пациентов, находящихся внутри.
Дастин и Коралия стояли у окна и, кажется, о чём-то спорили. Я не стал их отвлекать, поскольку не знал, кто из них в гневе выглядит хуже.
— Все ждут меня или просто так сидят? — внезапно говорит Арни.
— Привет, ты куда пропал? Мы хотели обсудить с тобой тот случай с Барри, — говорю я.
— Какой случай?
Он улыбается, а я хмурюсь. Что с ним случилось?
— Ты не помнишь?
— Что я не помню? — по-прежнему улыбается он.
— Это что у тебя? — говорит Лия и дотрагивается до его виска.
— А? Не знаю, мистер Паркмент сказал, что скоро пройдет.
Мы с братом переглядываемся. Я встаю и смотрю на то, на что указывает девушка. И тут я осознаю, что такие же следы были на фотографии с Карен. Однако у неё они были почти чёрными, а у этого парня пока что лишь едва заметные зелёные.
Я вспоминаю фотографию Карен и удивляюсь, как можно было так поступить с такой милой женщиной. И уж тем более сфотографировать её мёртвой и с ожогами. Мы ещё не рассказали о том, что увидели, другим, но, кажется, Арни уже неинтересен этот вопрос.
— Всё как было у Карен, — делает свое заключение брат.
— Что произошло с Карен? — спрашивает Лия, сложив руки на груди и внимательно глядя на нас.
Мы сохраняем молчание. Я не хочу обсуждать это при Арни, который, возможно, только что пережил то же, что и женщина. От воспоминаний меня снова охватывает дрожь, и я вновь обращаю взгляд на следы. Они выглядят ужасно.
— Я думаю, тебе стоит прилечь и отдохнуть. Ты, наверное, очень устал, — Дастин поднимает его и подталкивает в сторону палаты. Мы смотрим, как он, слегка пошатываясь, уходит.
— Итак? — с явным нетерпением повторяет Коралия, словно хочет напомнить о своём вопросе.
— Мы видели, как умерла Карен. Она сгорела на электрическом стуле. Сейчас у Арни точно такие же следы, только они едва заметны. А у Карен...
— Из неё сделали стейк, — прерывает меня Дастин.
— Это не смешно, — отвечаю я, глядя на него.
— Как же это ужасно! — воскликнула брюнетка, присаживаясь на диван и устало протирая глаза.
— Мне нужно срочно уходить отсюда, — произнесла Джо, и я был поражён её словами. Меня охватила лёгкая тревога за неё, и руки снова задрожали. Я попытался отогнать воспоминания о прошлом и несколько раз провёл по волосам, чтобы успокоиться.
— Чего?
— После всего услышанного я ни минуты не собираюсь здесь оставаться, — заявляет она и уходит.
— Как странно, — усмехается Дастин и снова отворачивается к окну. — Кажется, сегодня четверг.
Когда я подошёл ближе, то увидел, что в ворота нашей больницы входит много людей. Сегодня был день посещений.
Наша мама снова в слезах, и это начинает меня раздражать. Я боюсь представить, что происходит в голове у Дастина. За последние три года ничего не изменилось: когда приходят родители, мама плачет, а отец стоит чуть позади и смотрит на нас.
Какой смысл постоянно плакать? За это время можно было бы уже привыкнуть к этому, но, кажется, наша мама не может с этим смириться. Ей тяжело осознавать, что её единственные сыновья находятся в психиатрической больнице, особенно после того, как она потеряла старшую дочь.
Именно из-за смерти сестры мы с братом оказались здесь. Мы видели, как она падает со скалы, слышали глухой звук и всплеск воды. У неё был трудный период в семейной жизни, она была старше нас на пять лет, и я бы никогда не подумал, что взрослый человек может сломаться настолько сильно, чтобы решиться на такой поступок.
Я осматриваю первый этаж, где полно пациентов и их близких. Среди них замечаю Лию с братом и новенькую, рядом с которой, по всей видимости, стоят её родители. Когда мистер Паркмент спустился, он вышел из кабинета и поздоровался почти со всеми. Затем он вернулся обратно уже с Кендаллом и Коралией. Похоже, они серьёзно готовятся к выписке новенькой, и, кажется, он не догадался о том, что мы были у него в кабинете.