Когда они подняли матрас, я мельком увидела, как оттуда что-то выпало. Ерлин наклонилась, чтобы поднять эту вещь, но что это было, мне так и осталось непонятно. Она показывает находку мистеру Паркменту, он кивает ей и разворачивается.
Чтобы избежать ненужных вопросов, я быстро иду в холл, где уже сидят Арни и Лестор.
— Привет, самоубийца, — улыбается Арни и приглашает сесть рядом.
— Привет! — говорю я им. Лестор кивает и начинает поправлять свои отросшие волосы.
— Ты уже общалась с Барри? — интересуется Лестор, принимая более удобную позу и подкладывая левую руку под голову.
— Нет, а должна? — удивляюсь я, и они ухмыляются в ответ. Арни поднимается со своего места, подходит к полке с книгами, берёт одну из них и возвращается обратно.
— Да, мы уже поговорили с ним. Запоминай, — Лестор пристально смотрит на меня. — Когда она рассказала нам о своём плане, мы начали подшучивать над ней, как это было и раньше. А потом просто проигнорировали её и сказали, что у неё не всё в порядке с головой. Мы не знаем, куда она ушла и что делала, — закончил он.
Киваю ему.
— Когда я выходила из своей палаты, мистер Паркмент и Ерлин проводили обыск в палате блондинки. Из матраса выпала какая-то вещь, но я не знаю, что это, — сообщила я им.
Арни отложил книгу и, погруженный в размышления, уставился в стену.
— Наверное, это таблетки, — пожимает плечами и возвращается к чтению. Меня поражает их спокойствие.
— Вас ничего не беспокоит?
— Абсолютно нет, — качает головой Лестор. — Пока ты пыталась нас избегать, мы сели и поговорили. Она сама во всём виновата. Никто не собирается её выгораживать или делать что-то ещё. Мы просто оказали ей услугу и помогли, и пока нет никаких улик против нас, мы молчим. Так будет лучше, поверь. Тем более, это в твоих интересах молчать, — подмигивает он.
Мы оборачиваемся и замечаем Дастина, который идёт рядом с Барри. Они обмениваются ещё несколькими фразами и останавливаются.
— Привет, Коралия, — говорит Барри. — Пойдём со мной.
Он разворачивается и уходит.
Я останавливаюсь рядом с Дастином и внимательно смотрю на него. Мы всё ещё не совсем в хороших отношениях, и я не уверена, стоит ли мне что-то говорить. Он вздыхает, закатывает глаза и нежно обнимает меня за талию.
— Всё хорошо, — тихо говорит он мне на ухо и нежно целует в щёку.
Я отхожу от него и следую за Барри. Руки начинают потеть от страха, и я вытираю их о футболку. Проходя по коридору, я снова слышу, как многие обсуждают ситуацию с побегом. Но почему-то никто не спрашивает, где она, все говорят о том, что с ней теперь будет. Вероятно, вызовут родителей, если она ещё несовершеннолетняя. Возможно, применят крайние меры и переведут её на этаж, где содержатся проблемные пациенты. Если это так, то мне её искренне жаль.
Барри уже работал в своём новом кабинете, который ему предоставил Алджернон. Я узнала о повышении Барри от своего брата в четверг, когда мы спускались вниз после беседы с мистером Паркментоном. Барри был очень удивлён, когда ему сказали, что ему предстоит пройти повышение квалификации. Я была очень рада за него, ведь он действительно заслужил это повышение.
Его кабинет был меньше, чем у старика, но гораздо более уютным. Я прошла по ковру к стулу, который стоял напротив стола Барри. Рядом с ним я увидела вазу с конфетами и не смогла удержаться от желания взять парочку. В столовой нам редко предлагают сладкое.
— Давно мы с тобой не общались, — с улыбкой говорит он. — Можешь взять себе пару конфет, — предлагает, указывая на конфеты.
— Спасибо, — беру две конфеты и распаковываю. Всё же он такой добрый, даже если пытается быть строгим.
Я заметила на его столе небольшую стопку медицинских карт, среди которых была и моя. Слева от него в кабинете висели несколько полок, на которых тоже лежали неразобранные карты, документы и папки. Видимо, теперь у него появились свои личные пациенты, или мистер Паркмент передал ему тех, кого не видит смысла лечить.
— Теперь ты мой лечащий врач? — спрашиваю его, и он поднимает голову, отвлекаясь от разбора документов.
— Нет, до сегодняшнего дня тобой занимался мистер Паркмент, а моя работа — выписать тебя.
Я прекращаю жевать конфету и в недоумении смотрю на мужчину. Неужели меня уже выписывают? Но как же так? Ведь Кендалл сейчас в Чикаго по работе и не сможет приехать за мной. А без него я останусь ночевать на улице или у ворот больницы, потому что не знаю, куда мне идти.
— Но Кендалл...
— Помню, я выписываю тебя сейчас, ты не будешь числиться здесь как пациент, выделим комнату или оставим в палате, если она будет не нужна, и ты просто будешь ждать приезда своего брата, — поясняет мне Барри и достает какие-то документы вместе с печатью из выдвижного ящика. Мое внутреннее я кричит и хлопает от радости в ладоши. Через несколько минут я получу справку о том, что я здорова, и смогу начать жить новой, счастливой жизнью.