Я встаю и вытираю слёзы. В этот момент к нам подходит Барри, отдаёт моему брату мою справку, они пожимают друг другу руки, а затем оба смотрят на меня. Я понимаю, что настал тот самый момент — я ухожу.
Я оборачиваюсь на Дастина, он пристально смотрит на меня, не обращая внимания на своих родителей, которые что-то говорят ему и Лестору. Но я не плачу, я широко улыбаюсь и медленно иду к нему. Парень тоже начинает двигаться мне навстречу. Вот он уже совсем рядом со мной, я чувствую запах сигарет, лекарств и больничной одежды. Я беру его за руку и тянусь к нему, чтобы запечатлеть последний поцелуй. Но будет ли он действительно последним?
— Я буду скучать.
— Я тоже буду скучать по тебе, Лия, — говорит он, нежно целуя меня в нос и задерживаясь на несколько секунд. Я медленно отстраняюсь, не в силах разорвать взгляд. В моей душе смешиваются разнообразные чувства, и я не знаю, как их выразить. Мысли в голове словно кружатся в вихре, но лишь одна из них не покидает меня.
Я свободна.
Глава 10
Дастин
Мама всё ещё не произнесла ни слова, но её взгляд был устремлён на меня. Я же слушал рассказ отца о том, что покупка нового порта для транспортировки его продуктов откладывается на два дня. Лестор тоже молчал, наблюдая за нашим разговором: за отцом, за мной и за осуждающим взглядом матери. Интересно, чего она хочет больше всего: убить меня или догнать Лию и высказать ей всё прямо в глаза?
— Мистер и миссис Менсон, можем ли мы поговорить? — спросил Барри, закончив беседу с братом Коралии. Он сделал шаг в нашу сторону.
— Да, конечно.
— В свете последних событий я взял на себя ответственность за лечение вашего сына Дастина. Осмотрев его медицинскую карту и проведя несколько анализов, я принял решение о выписке. В понедельник вы можете забрать Дастина домой. Мы завершим курс таблеток и подготовим его к выписке.
Я был в полном недоумении. Эта новость стала для меня полной неожиданностью, ведь я так часто думал о выписке. Мне было непонятно, что именно повлияло на решение Барри стать моим лечащим врачом, и почему он выбрал именно меня.
— Мистер Палмер, простите, я не понимаю. Почему только Дастин? — мама в панике начинает вставать с лавочки, нервно теребит ремни своей сумки и, кажется, вот-вот снова расплачется.
— Дастин завершил лечение. У него почти не осталось вспышек гнева и неконтролируемой агрессии. Мы сделали всё возможное для вашего сына, и теперь будем наблюдать за его адаптацией к жизни и людям уже за пределами больницы.
— А Лестор? — не унимается мама.
— Всё гораздо серьёзнее, — говорит он, тяжело вздохнув. — У Лестора наблюдается рецидив. За последние три дня я внимательно следил за его состоянием. Он снова не спит, и каждую ночь я вижу его в комнате, где он сидит на кровати и разговаривает сам с собой. К моему большому огорчению, ваш сын начал покидать свою палату в ночное время.
Катастрофа! Кто-нибудь может объяснить мне, почему я чувствую себя так неловко в этой ситуации? Как же трудно наблюдать, как рушится жизнь моего брата из-за его нелепой влюблённости в новенькую!
Сколько раз я говорил ему: «Не ходи к ней. Оставь её в покое». Если уж так хочется, то лучше обратись ко мне или к Барри, и мы организуем тебе свидание с твоей избранницей. Но нет, стоит только мне на пару дней отвлечься от повседневных дел, как всё — прощай.
— Какой рецидив? Почему мне сразу никто не сказал об этом? — мама выпрямилась и включила свой обычный режим: «Я — преподаватель университета, а не посудомойщик в бургерной». Я уже несколько раз видел, как она включается в это состояние, и, как правило, ничего хорошего из этого не выходит. Сейчас она пару минут будет изображать из себя сильную и независимую женщину, а потом разревется в объятиях отца, пока он будет выяснять и решать проблемы.
— Я понимаю ваши чувства, миссис Менсон. Я получил карту вашего сына лишь несколько дней назад и должен был провести собственное расследование, чтобы подтвердить или опровергнуть свои подозрения относительно Лестора. Да, у него действительно произошёл рецидив, и я смею предположить, что это связано с недавним поступлением в нашу клинику новой пациентки. Джоанна Фиссон — девушка, которая оказалась в крайне сложной ситуации и была госпитализирована в моё отделение. Она привлекла внимание одного из ваших сыновей.
Барри, сучья ты морда! Зачем ты рассказал всё нашей матери? Теперь она не позволит тебе лечить моего брата. Она заберёт его и будет держать в подвале целую неделю, чтобы он забыл о Джо как можно скорее. Забери нашу маму и вылечи её от чрезмерной любви к своим детям! — хотел сказать я, но только потер глаза руками и посмотрел на брата.