Не могу сказать, что тогда я просто ушёл, бросив на мать строгий взгляд. Нет, это был мой первый срыв на неё. Я разгромил всю беседку, разбил её любимую кружку, разорвал плед и почти ударил её. Если бы не отец, который сначала смотрел на меня, а потом ударил, чтобы привести в чувство, я бы не сдержался.
Смерть сестры стала для меня трагедией, которая повлияла на мою жизнь. Я стал агрессивным и не мог контролировать свои эмоции по отношению к окружающим.
Я потерял девушку, почти потерял лучшего друга и потерял надежду на будущее. Я хотел сдаться, но однажды, придя домой, увидел, как мой родной брат, весь в крови, держит в руках охотничий нож отца. Я был очень зол и в порыве гнева избил его.
С тех пор наши характеры сложились по-разному. Он молча плачет и принимает боль, а я выплескиваю её, разрушая всё вокруг и не в силах контролировать свои действия.
****
Лестор лежал на кровати и смотрел в потолок, пока я стоял у стены и ждал ответов на свои вопросы. Он пару раз вздохнул, сел и стал пристально разглядывать стену перед собой. Я начал злиться и непроизвольно постукивал костяшками пальцев по стене, но терпеливо ждал.
Возможно, я и чувствую себя не на своём месте в нашей семье, но, увидев все психические проблемы своего брата, я решил сдержаться и не усугублять ситуацию. Я пришёл сюда, чтобы узнать, как могу помочь ему и что его беспокоит.
— Прости, — тихо произносит он и опускает голову, как будто вернулся к матери.
Мне становится нехорошо, и я чувствую, как во мне начинает проявляться то, чего я не хотел бы видеть в своей жизни ещё как минимум пару лет.
Я подхожу ближе и сажусь рядом с братом. Как вести себя в таких ситуациях? Раньше я никогда не пытался его успокоить. Наоборот, либо бил, либо просто уходил из дома на ночь. Может быть, стоит обнять его или похлопать по плечу? Как же сложно!
— Тебе не за что извиняться, — произношу я с облегчением. — Но объясни, пожалуйста, почему ты решил в одиночку бегать по больнице ночью, зная, что мистер Паркмент не в себе?
Лестор с лёгкой усмешкой повернулся ко мне. Я заметил в его глазах слёзы и понял, что он готов расплакаться. Чтобы успокоиться и не дать волю эмоциям, я начал мысленно считать до десяти, повторяя про себя имя девушки. Не сейчас. Не сегодня. Никогда.
— Ты бы не пошел спасать Лию?
— Это очень необычный вопрос. От чего её нужно спасать? Может быть, её пытали, убивали или хотели продать в рабство?
— Смешно, Дастин. Снова шутишь.
— Потому что я не понимаю, зачем спасать, Джо. Да, у нас появился свой Марсель Петю*, но это не повод, даже не зная, почему твою подругу положили сюда, пытаться стать новым Питером Паркером*, понимаешь? Ты не можешь спасти человека, если он не нуждается в твоей помощи.
Он прислонился спиной к стене и закрыл глаза. Теперь я начинаю понимать, почему решение разделить нас кажется более разумным, чем оставить нас вместе или выписать обоих. Моему брату нужна помощь, он не может самостоятельно справиться со своей депрессией или синдромом спасателя — или как там это называется? Возможно, его суицидальные наклонности и были притуплены, но кто может с уверенностью сказать, что он полностью излечился, особенно сейчас?
— Что ты сделал, что тебя накачали снотворным?
— Я собирался пойти к Джо, но, когда проходил мимо той комнаты, услышал, что там кто-то есть. По счастливой случайности меня заметили. — он устало улыбается и смотрит на меня. Можно ли его слегка ударить? Хотя бы через подушку, пожалуйста.
— Ты хочешь сказать, что тебя оставляют здесь в качестве меры предосторожности, потому что тебя заметили, а меня отправляют, чтобы я не мешал? А Барри? Он вообще знает о том, что произошло?
— Да.
— И что он?
— Сказал не совать свой нос и сидеть тихо, мирно.
Я вскакиваю с кровати. Прекрасно, меня выписывают только потому, что я могу помешать опытам над моим братом и его странной подружкой. Благодарю за такую честь!
— Сиди здесь и постарайся, правда, не выбираться из палаты после отбоя.
Не обращая внимания на его слова, я выхожу из палаты и отправляюсь на прогулку. Мне нужно немного подышать свежим воздухом и успокоиться. Затем я немедленно направлюсь к Барри. Он обязательно поделится со мной своими знаниями, даже если это будет стоить мне нервов, времени и свободы.
Как только сигарета оказывается во рту, я чувствую облегчение. Даже если мне суждено скоро умереть, пусть это будет от сигарет. Да, это уже зависимость, но что ещё мне остаётся? Когда ты заперт в четырёх стенах со своими страхами и мыслями, то не пропускаешь ни секунды, чтобы отдохнуть. Хотя это может привести к печальным последствиям.
Барри как раз выходил из своего нового кабинета, когда я почти докурил сигарету. Увидев его, мне захотелось сразу же подкурить ещё одну, но он заметил меня и направился в мою сторону. Похоже, не только мне не терпится обсудить кое-какие вопросы.