Обычный разговор, всего лишь несколько вопросов, которые требуют развёрнутого ответа, могут раскрыть израненную душу перед окружающими. Многие называют это «выпустить пар». Существует множество способов обрести кратковременное умиротворение, избавиться от негативных мыслей, злости и агрессии.
Некоторые люди находят помощь в спорте, особенно в боевых искусствах. Другие предпочитают разговоры или уединение, например, могут выплакаться в подушку или кричать, пока не сорвут голос. Каждый сам выбирает наиболее подходящий для себя вариант, чтобы успокоить всплеск негативных эмоций.
В эту ночь я снова нахожусь в запертой палате, погружаясь в свои мысли. Меня переполняет страх, а бессонница стала привычной спутницей. Руки слегка дрожат, дыхание учащается, а головная боль и сухость во рту усиливаются с каждой новой мыслью.
...Ты никому не нужен.
Хватит!
...Будь ты немного смелее, как твой брат, то Джоанна осталась в порядке.
Пожалуйста.
...Как хорошо, что Лия ушла, ты бы испортил всю жизнь девушке только своим присутствием.
Нет!
...Твои родители знали, что тебя не выпишут, но ей надо было сыграть расстроенную мать, ведь с тобой у них не получилось бы наладить жизнь заново.
Это полная чушь!
...Жаль, что никто не будет даже плакать, когда ты умрешь.
Я с силой тяну себя за волосы, стараясь отвлечься от душевных страданий.
...Просто сделай то, что обязан, и все станут счастливы.
Вскакиваю с кровати и начинаю ходить по палате. Три шага влево, шесть шагов до двери. Три шага вправо, шесть шагов до окна. Это должно прекратиться. Рано или поздно я должен перестать мучиться или хотя бы облегчить свои страдания.
Возможно, я заслужил это, когда перестал заботиться о себе и начал отдавать приоритет родным, друзьям и знакомым. Вероятно, это одно из испытаний в моей жизни, и мне предстоит понять, что для меня важнее: собственное здоровье, безопасность или жизнь людей, которые могут сами справиться со своими проблемами, если приложат хотя бы немного усилий и сделают шаг вперёд, вместо того чтобы пятиться назад.
Опускаю руки, встаю прямо и закрываю глаза. Тремор отвлекает меня, страх начинает нарастать, а звон в ушах давит с невероятной силой. Но я стою. Я не делаю ничего, чтобы остановить это.
Мысли снова начинают хаотично метаться в моей голове, и я почти машинально пытаюсь заткнуть уши, чтобы не слышать их. Но я стою. Мои ноги начинают дрожать, сердце бьётся с бешеной скоростью, а тремор усиливается. Но я стою. Голоса в голове переходят на крик, губы становятся почти сухими, руки трутся о пижамные брюки, а тело начинает покачиваться из стороны в сторону. Но я стою.
Звон в левом ухе оглушает меня, в глазах темнеет, тремор прекращается. Но я стою. Мысли в голове утихли, но их все еще слышно, веки подергиваются, а ноги подкашиваются. Но я стою. Голоса исчезают, тело приходит в норму, виски слегка болят от перенапряжения. Но я стою.
Это моя болезнь, мой опыт и моя нерешённая проблема, которая никогда не сможет победить меня.
****
Барри, сидя за своим столом, неторопливо потягивает горячий кофе, который он только что сварил для себя и сделал мне чай. Он пригласил меня к себе после завтрака, который состоялся в моей палате.
После бессонной ночи, наполненной эмоциональными переживаниями, я проснулся совершенно обессиленным. Чувство слабости, сильная сухость во рту, потливость и тремор — всё это напоминало о ночной борьбе с моим сознанием. Я не мог встать, не мог перевернуться, когда левая сторона тела затекала, — я был не в состоянии сделать абсолютно ничего. И я не хотел этого делать.
Моя голова была пуста, я смотрел в стену перед собой, но ничего не видел. Я не замечал шаги, не реагировал на открывающуюся дверь палаты и голоса, которые говорили мне, что нужно вставать, умываться, идти на завтрак и за таблетками. Я не хотел ничего из этого. И тогда пришёл Барри.
— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает он, ставя кружку на стол, скрещивает руки на груди и откидывается на спинку своего нового стула.
Пожимаю плечами. Мне нечего ответить ему, да и не хочется. Мои руки слегка дрожат, когда я подношу к губам кружку с горячим чаем, и я неосознанно проливаю немного жидкости на колени.
— О боже, — воскликнул Барри, вскакивая на ноги и подбегая ко мне. — Очень горячо?
Отрицательно качаю головой и ставлю кружку на стол. Мне не горячо, просто я не хочу пока прикасаться к чему-либо. Мне нужно успокоиться.