Его душа, казалось, была разрушена вместе с его погибшей семьёй, и не мне судить его. Он нуждается в помощи не меньше, чем все остальные здесь. Возможно, даже больше, но никто не хочет разбираться в причинах его озлобленного поведения. Возможно, это будет урок о том, что не все заслуживают того, чтобы их приняли и простили.
Молодой человек разливал кипяток по чашкам. На столе лежали пачка шоколадного печенья, тарелка с конфетами и несколько пачек крекеров. Я улыбнулся, подумав, что запасы Барри никогда не иссякают. Удивительно, как он успевает их покупать, ведь первое время мы думали, что он присваивает себе часть передачек пациентов. Я уверен, что многие сотрудники поступают так же.
— Тебе лучше?
— Да, спасибо, — я сажусь на то же место, где сидел с утра. Вспоминаю, как мне было плохо, как я пролил чай из-за тремора, который до сих пор даёт о себе знать, но уже не так сильно. — Тебя давно не было.
— Да, мне пришлось уехать по срочному делу, — сказал он, присаживаясь и беря в руки кружку. — Мне нужно будет снова уехать, и я надеюсь, что это будет моя последняя поездка в город. Мне нужно продолжить свою работу, иначе меня уволят, и тогда мне придётся искать место в обычной поликлинике, — мы смеёмся.
Я заметил, что Барри изменился. Он стал более широким в плечах и выше, а его манера речи стала более серьёзной и грубой.
Он перекрасил волосы в ярко-чёрный цвет, и я не могу не отметить, что ему это идёт. Раньше он всегда брился перед сменой, если успевал, или делал это в душевой, пока никто не видит. Теперь же, когда я его вижу, на его лице всегда красуется щетина.
Меня радует, что обычное повышение на работе может так сильно повлиять на человека.
— Как обстоят дела у тебя с мистером Паркментоном?
— Хорошо. Прошу прощения, Лестор, но после того, как ты так эмоционально отреагировал, о чём мне не рассказал, я не хочу давить на тебя. Почему ты не поделился со мной своими чувствами?
— Хочу сам со всем справиться, — пожимаю плечами и беру в руки печенье.
— Меня радует, что ты осознаешь своё расстройство. Как твой лечащий врач, я должен быть в курсе любых изменений в твоём состоянии, особенно если они касаются твоей душевной сферы. Да, ситуация вокруг нас кажется весьма необычной, но я стараюсь оказать помощь не только тебе, но и Джоанне, а также многим другим пациентам в нашей лечебнице.
— Понятно, — только и отвечаю я. Несколько раз кручу кружку по часовой стрелке, прежде чем взять её в руки. — Ты же помыл её?
— Конечно, — отвечает Барри с пониманием, уже не удивляясь, как в первые наши встречи. В моей жизни проявления расстройства были не такими заметными. Они проявлялись лишь в небольших повторяющихся действиях и лёгкой тревожности. Например, каждую ночь я проверял, закрыты ли все двери в доме, выключен ли газ, закрыто ли окно и так далее. Однако после смерти Хлои ситуация стала более серьёзной.— Хочешь сегодня остаться в моей бывшей каморке и посмотреть что-нибудь? Или отправишься спать? — предлагает Барри.
— Не думаю, что сегодня ночью смогу быстро уснуть, но предложение очень заманчивое, — подмигиваю ему. Возможно, в его глазах я тоже сейчас выгляжу не лучшим образом. Протираю руки о сухую салфетку, лежащую посередине стола между сладостями, складываю её в треугольник и кладу рядом с кружкой.
— Прекрасно, сегодня я заступаю на ночное дежурство. Я так много пропустил, что хочу наверстать упущенное, поэтому вот ключи. — Он бросает их мне, и я ловлю их с замиранием сердца, замечая, что мой тремор немного усилился. — После ужина можешь быть там.
— Спасибо.
У Барри почти ничего не изменилось, только появились новые вещи. Скорее всего, они принадлежали Коди, который часто здесь бывал. Я с улыбкой рассматриваю пару новых книг Агаты Кристи. Похоже, парень решил глубже изучить детективы, чтобы быть готовым к любому повороту событий.
В поисках развлечений я нахожу несколько дисков с фильмами ужасов, комедиями и детективами. Решив не перегружать своё подсознание негативными эмоциями, разочарованием и страхом, я выбираю первую комедию. Барри приносит мне пару баночек содовой, орехи и снеки, и мы усаживаемся за просмотр фильма. Я чувствую себя как человек, который уже месяц не испытывал такого сильного расстройства.
Внезапные крики пробуждают меня от дремоты. Я протираю глаза, выключаю фильм и прислушиваюсь. Возможно, мне показалось, но крики повторяются снова. Я слышу быстрые шаги и вижу, как в коридоре зажигается свет.