Спустя время старик оказался прав. У Менсона младшего действительно случился рецидив, но не из-за первой выпущенной злости старика. Стечение обстоятельств и другие факторы довели парня до этого состояния: его единственные друзья покинули лечебницу, брат ушёл почти сразу за девушкой, а его возлюбленная стала подопытной мышкой в руках нашего врача.
Я наблюдал за всем этим и собирал информацию. Пока мистер Паркментон с веселым настроением уходил домой, я приходил на работу. Пока Джоанна находилась без сознания в своей палате на протяжении длительного времени, я фотографировал каждую ее новую рану. Пока Лестор был в апатии, я записывал все его ночи на свою камеру, которую установил, и наблюдал за парнем, ожидая, когда к нему придут мистер Паркментон или Ерлин. И спасибо этим чудакам, они приходили и разговаривали с ним.
Знаю, мои действия кажутся такими же сумасшедшими, как и действия старикана, но мне нужно было иметь везде глаза и уши, чтобы собрать доказательства. И я также не забывал про свои обязанности по отношению к парню и девушке, но ей, к сожалению, я помочь был не в силах.
Благодаря моему новому профессору я смог купить в аптеке антидепрессанты, чтобы Лестор мог быстрее прийти в себя. Однако меня беспокоили частые визиты Ерлин к парню. Она всегда лично передавала ему таблетки и следила, чтобы он их принял. Лестор редко принимал мои антидепрессанты, и я надеялся, что они хотя бы частично помогут ему.
Когда я вышел из душа, зазвонил телефон. Полотенце всё ещё было чёрным от моих волос, и это вызывало у меня раздражение. Даже небольшие неудачи сейчас вызывали у меня слишком сильные эмоции.
— Привет, Барри, — раздался из динамика моего телефона молодой, немного наглый и даже немного грозный голос.
— Кто это? — спрашиваю я в гневе, продолжая вытирать волосы. Моему белому полотенцу уже ничего не грозит.
— Дастин, — слышу его усмешку и фыркаю. Кого он там из себя строит?
— Эй, парень! — я бросаю полотенце на кровать, включаю громкую связь и начинаю одеваться. — Ты так говоришь, будто стал участником бойз-бенда.
— Думаешь, я смогу собрать полный стадион девчонок и петь им под гитару песни о любви?
— Скорее всего, о тебе начнут писать фанфики, где ты будешь изображён как величественный гей, и в которых ты будешь встречаться с одним из участников группы.
— Ты ужасен, — мы смеемся. — У тебя выходной или ты только едешь на работу?
— Сегодня выходной, — сказала я, вычищая водолазку от шерсти своего кота. — Ты хотел встретиться?
— Ага. Ты сможешь подъехать к «Хеир-биз» через час? Моя тренировка закончится, и я буду свободен.
— Хорошо, — отвечаю я, прижимая телефон к уху и направляясь на кухню с ноутбуком в руках. Мне нужно подключиться к камере и посмотреть, чем занимается Лестор. — Значит, решил заняться спортом, — замечаю я, отпивая горячий кофе. — Неужели решил вести здоровый образ жизни?
— Ты меня разочаровываешь, — он с притворной грустью вздыхает. — Мне пришлось присоединиться к университетской баскетбольной команде, чтобы ко мне стали относиться более благосклонно.
— Только и думаешь о выгоде. Хорошо, увидимся через час, — и я сбросил звонок. Усевшись на стул, я включил камеру.
Сначала мне следовало спросить, откуда он знает мой номер и что ему нужно, но часть меня не возражала против встречи. Мы столько лет общались и были рядом. Можно ли это назвать дружбой? Наверное. Хотя я не сторонник заводить друзей среди тех, кто раньше был моими пациентами.
Я подъехал на стадион немного позже оговоренного времени. Сначала я долго думал о том, что произошло с Лестором, и почему он всю ночь просидел неподвижно, глядя в стену. А потом я обнаружил, что мой бак почти пуст, и мне пришлось сделать небольшой круг к заправке.
Когда я приехал, Дастин как раз убирал свою сумку и сумку друга в багажник машины. Я был удивлён, когда увидел марку его автомобиля. Чем же занимается его отец? Я припарковался на свободном месте и вышел из машины. Дастин заметил меня, надел кепку и закурил. Кажется, старые привычки не исчезают, пока человек сам не захочет избавиться от них.
— Ты изменился, — говорит он, пожимая мне руку. — Зачем ты покрасился?
— Кажется, ты стал ещё привлекательнее внешне, но внутренне ты всё такой же. Если мне захотелось покрасить волосы, то я это сделаю. В любом случае, я остаюсь всё таким же привлекательным, — он улыбается. — Так зачем ты меня звал?
— Пройдемся? — я кивнул ему, и мы зашли на территорию стадиона. — Как продвигаются дела?
— Тебе рассказать всё с самого начала? — Он поворачивает голову ко мне, хмурится и кивает. — Дастин, ты вмешиваешься в то, от чего я тебя спас.