Так по сотому кругу Кристина продолжала винить себя во всем, не в силах преодолеть свое горе. А потом наконец задремала.
Через некоторое время она очнулась, будто от резкого толчка, все в той же темноте и тишине, если не считать капающей воды. Легче не становилось, а звук капели напоминал метроном, четко отбивающий ритм. Кристине вдруг показалось, что это обратный отсчет перед тем, как дверь наверху распахнется, приглашая ее в новый ад. И если бы сейчас Кристине предоставили выбор: остаться в этом холодном подвале или подняться наверх, она бы не знала, что делать. Жуткое темное подземелье становилось уже невыносимым, но неизвестность пугала гораздо больше.
Иногда Кристина вдруг вспоминала вершины гор Псебе, залитые теплым солнцем, и свежий ветер, играющий в волосах… В такие моменты хотелось волком выть, настолько невыносимым делался этот подвальный могильный холод.
Наконец, дверь открылась, и Кристина чуть не ослепла от яркого электрического света. Кто-то довольно грубо поднял ее на ноги и повел наверх. Дом оказался большим и светлым. Когда глаза немного привыкли, Кристина смогла разглядеть овальную мансарду, светлую мягкую мебель и большие пальмы в напольных кадках. Широкая лестница с ажурными перилами вела на второй этаж. Там оказалась еще одна гостиная с выходом на веранду под навесом, диван из белой кожи, стоявший полукругом посреди комнаты, и большой плазменный телевизор на противоположной стене. В комнате никого не было, кроме Кристины и ее провожатого. Мужчина сдержанно кивнул и сразу вышел, оставив Кристину одну. Несмотря на слабость во всем теле, жуткую усталость и головокружение, первое, о чем подумала Кристина, это побег. Почему ее не охраняют? Почему оставили одну?
Нетвердым шагом Кристина вышла на веранду, жмурясь от солнца, и огляделась. И поняла причину такой беспечности. Большая вилла находилась на скале, впереди – крутой обрыв и бесконечная морская гладь, вся остальная территория была окружена высоким сплошным забором, вдоль которого были высажены пальмы и цветущие кусты. На каждом фонарном столбе – камера наблюдения, и территорию явно охраняли. Кристина заметила мужчин, по одному и по двое прогуливающихся вдоль забора. Настоящая крепость.
– Вижу, ты уже осмотрелась.
Услышав голос за спиной, Кристина вздрогнула и так резко обернулась, что чуть не потеряла равновесие. Перед ней стоял Джалиль. Его высокая, массивная фигура напоминала темную скалу и внушала ужас. И даже светлые летние брюки и небесно-голубая льняная рубашка не могли исправить этого впечатления.
– Ну, здравствуй, мой ангел, – мягко произнес Джалиль и улыбнулся самой своей обворожительной улыбкой, от которой у Кристины по спине побежали мурашки. – Где же ты пропадала так долго? Я заждался тебя. Не хочешь обнять меня?
– Нет желания, – пробормотала Кристина и сделала шаг назад.
Джалиль взглянул ей за спину и поднял брови от удивления:
– Хочешь прыгнуть? Там не так уж высоко. Вряд ли ты разобьешься насмерть. Но ноги переломать можно. Попробуешь? – он помедлил несколько мгновений и устроился в большом плетеном кресле, забросив ногу на ногу и потирая свой большой живот. – Если передумала, сядь. Не утомляй меня еще больше!
Кристина выбрала самое дальнее от него кресло и устало опустилась на край. От напряжения в присутствии этого человека у нее начинала гудеть голова. Что он решил? Что будет делать с ней теперь?
Какое-то время они молча буравили друг друга взглядом. Наконец, Джалиль нарушил молчание.
– Вижу, ты не передумала?
Кристина отрицательно качнула головой.
– Жаль, – мужчина тяжело вздохнул, будто действительно сожалел об этом. – Ты плохо выглядишь, – заметил он после паузы, пристально следя за девушкой. – Эти каникулы на колесах не пошли тебе на пользу, знаешь ли… Ох, я – негостеприимный хозяин! Хочешь чего-нибудь? Принять ванну, отобедать, выпить крепкого кофе со сладостями? А как насчет массажа? Или нет? – и он вдруг рассмеялся какой-то своей, лишь ему понятной шутке.
Набрав побольше воздуха, Кристина сжала руки и задала прямой вопрос:
– Ты отпустишь меня?
Джалиль с улыбкой Чеширского кота на лице посмотрел ей в глаза и ответил:
– Нет.
Встав, он пересек комнату, подошел к Кристине и присел на край журнального стола напротив нее. От такой близости Кристине чуть не стало дурно.
– Что ты собираешься делать… со мной?
– Ценю твою прямоту и деловой подход, – ответил он довольно и, как всегда, с сильным южным акцентом. – Ты, кстати, не устала с дороги? Хорошо отдохнула в подвале?