Открыв настежь окно палаты, Марина подставила лицо горячему сентябрьскому ветру. Несмотря на плохое самочувствие и сильную слабость, девушка была в прекрасном настроении. Два дня назад им удалось найти еще одну девочку и вытащить ее из объятий ада. Четырнадцать лет, родом из Севастополя, со светлыми волосами и большими голубыми глазами – она была похожа на ангела. Что видели эти глаза и что пережило ее тело, Марина знала не понаслышке. Теперь с ней будут работать психологи и соцработники. Этой девочке повезло: ее искали состоятельные родственники, любящие и заботливые люли, в чьих руках у нее будет шанс вернуться к нормальной жизни. Она еще очень молода, и Марина искренне надеялась, что она справится.
Завибрировал мобильный, и на экране высветилось «мой любимый полицейский». Марина усмехнулась и взяла трубку.
– Ну как твое самочувствие, красотка?
– Я в порядке! – соврала Марина, придав своему голосу уверенности. – Вытаскивай меня отсюда!
– Только с разрешения врача! – рассмеялся парень на том конце провода. – Я прекрасно тебя знаю, сумасшедшая девчонка! И как ты любишь лечиться, я в курсе!
Марина закатила глаза, пообещав себе сейчас же пойти к врачу и использовать все подвластные ей методы, чтобы сегодня же выписаться отсюда. Стены больницы давили на нее.
– Какие новости?
– Есть кое-что! В отделении местной полиции Сочи сообщили, что ночью снова задержали груз. Но ты же знаешь, как это бывает: нечисто сработали, не все номера контейнеров отследили. Короче, многих упустили…
– Сочи? – воскликнула Марина, хлопнув в ладоши. – Ты поэтому мне звонишь, верно?
– Верно, – со вздохом ответил парень. – Но не уверен, что тебе разрешат такой дальний перелет. Я должен лично поговорить с твоим врачом.
– Макс, ну хватит, прошу тебя! Просто закажи билеты, ладно?
– Буду в Москве после обеда. Увидимся!
– Жду с нетерпением! – ответила с улыбкой Марина и отключилась.
С Максимом Марина познакомилась два года назад. Он работал в отделе по борьбе с организованной преступностью и занимался вопросами публичных домов и детской проституции. Их отдел сотрудничал с Международной организацией по миграции (МОМ), Целевым Фондом ООН по современным формам рабства и волонтерской организацией «Альтернатива», в ряды которой Марина впоследствии вступила. Благодаря рейдам по публичным домам крупных городов Черноморского побережья, Марине удалось выбраться, получить новые документы, лечение и попасть в программу реабилитации жертв сексуального рабства.
Ее психотерапевт, доктор Мария Васильевна Ясенева, много раз говорила о том, что ВИЧ не значит смерть и что Марина может вернуться к нормальной жизни в обществе, если найдет занятие по душе и обретет цель. Немного придя в себя, Марина поступила на заочное отделение вуза по специальности психотерапия, окончила подготовительной курс оказания первой психологической помощи жертвам похищения и сексуального насилия и, вооружившись сертификатом, записалась в волонтеры.
Это занятие делало ее счастливой. Помогая другим женщинам, девочкам и детям, делясь с ними своими страшными историями, она помогала и себе обрести уверенность в собственных силах, в том, что она все еще человек и полноценная личность, а также в том, что завтра обязательно наступит. Это было сложнее всего…
Врач, пожилой щуплый мужчина с криво подстриженными усами, сидел в своем кабинете, обмахиваясь распечаткой чьих-то анализов и мечтая лишь о кондиционере. Небывало теплый сентябрь лишал его желания двигаться, а пациенты жутко раздражали. Когда Марина вошла в кабинет, он поморщился и махнул рукой.
– Зайдите позже, больная!
– Выпишите меня по добровольному отказу, – с мягкой улыбкой попросила Марина и села напротив врача. – Появилась работа.
– И не подумаю! – резко ответил врач. – Вернитесь в палату, больная.
– И не подумаю! – передразнила его Марина. – Говорю же, есть работа. И начинается новый учебный год! Пора завязывать с больничными палатами.
– Срок госпитализации по пневмонии две-три недели, а у вас ВИЧ! Вам и того больше, – не глядя на пациентку, ответил врач и принялся еще активнее обмахиваться листком бумаги.
– Егор Васильевич, вы же сами сказали, что это было просто воспаление легких, на удивление хорошо реагирующее на антибиотики. Мне гораздо лучше, – упорно настаивала Марина. – И вы не в праве держать меня здесь насильно. Это не тюрьма, верно?
Марина говорила твердо и уверенно, чтобы врач услышал ее, но все же не хотела ругаться с ним. Поэтому выпрямилась, поймала взгляд врача и снова улыбнулась, доброжелательно и открыто.