– Где вы встречаетесь с Валькой, и как он узнает, что ты придешь?
Я хитро взглянула на него и задала встречный вопрос:
– Сколько времени, Сева?
Он улыбнулся, не поворачивая ко мне лицо. Я знала, что мой друг давным-давно потерялся во времени. Знала, что мне можно не переживать о чистоте ногтей, о том, что я выгляжу старше его… Вампиры видели, чувствовали, воспринимали мир и людей иначе. Но почему, почему мы шли вместе и чувствовали себя вместе?!
– Сева, стой, – я остановилась и взяла его под руку. – Дальше я пойду сама. Ты его напугаешь.
Он тоже остановился и, обхватив руками мои предплечья, заглянул в глаза:
– Тогда давай прощаться?
– Навсегда? – почему-то спросила я.
– У меня для тебя сюрприз. Но я покажу его чуть позже.
Он осторожно коснулся губами моего лба, развернулся и пошел быстрым шагом в обратном направлении. Какое-то время я смотрела вслед его высокой удаляющейся фигуре и чувствовала, как меня наполняет странное чувство одиночества. Так со мной не было давно, наверное, с тех пор как я потеряла Леву. И вот теперь это дурацкое чувство одиночества я испытывала, глядя, как от меня уходит чертов вампир! Я не понимала, что со мной происходит. Но что-то происходило. Резко развернувшись, я расправила плечи и направилась в сторону бара «Наше бремя».
Прошло ровно семь дней с нашей последней встречи, и Валька уже ждал меня, сидя за дальним столиком, среди таких же, как он, работников вампирского завода переплавов. Пройдя по залу уверенным шагом, я опустилась напротив приемного сына. Он поднял глаза от кружки с пивом, посмотрел мне в глаза и почему-то не опустил их как обычно. В его взгляде отразилось недоумение:
– Ты другая, не такая… какая-то…
Неожиданно я поняла, что не надела свои солнцезащитные очки. «Совсем расслабилась», – ворчливо подумала я.
– А что не так-то?
– Глаза темнее.
– Валька, брось, я все та же.
Нащупав в кармане пробку от бутылки с фигуркой кошки, вытащила и положила перед ним.
– Вот, видишь, даже кошек люблю, как раньше. Подари жене – ей понравится.
Валька глупо заулыбался, благодарно заглянул в глаза, словно искал подтверждение моим словам, а успокоившись, поспешно сунул подношение за пазуху.
– Ты достал, что я просила?
Он кивнул и взглядом указал, что передаст пробирку под столом. Нырнув рукой под грязную скатерть, я нащупала пальцами заветную стеклянную поверхность небольшой колбы и переложила в карман штанов.
– Легко прошло?
– Нет. Мне пришлось сказать, что ты придешь. Он будет ждать тебя, наверное. Я сказал, что ты хочешь обратиться, что будешь пить… Но он хочет сам. Или проверить, я не знаю.
– Ерунда, отвяжусь от него. Мне действительно пришлось сделать кое-что… Но он не осмелиться меня тронуть, не волнуйся.
Мы молча сидели напротив друг друга и не могли придумать, о чем еще говорить. Наверное, нам стоило многое сказать друг другу, но Валька вряд ли бы смог облечь свои чувства в слова, потому что не умел. А я могла подобрать слова, но ничего не чувствовала. Может быть, я сама запретила себе заглядывать глубоко в себя, может быть, мне просто не хотелось, чтобы он понял, что я рискую? Мне хотелось, чтобы он верил в меня, верил, как когда-то давно, когда был ребенком. Я знала, что снова подведу его, знала, что не смогу спасти. Может быть, только его детей, внуков, но не его самого…