– Девочки, за материалами мы пойдем к реке, – твердым голосом заявила она подругам.
Реакцией послужило молчаливое переглядывание не ожидавших такого поворота девчонок.
– А как мы туда попадем? – удивилась Дворецкая.
– Надо у Елены Ивановны отпрашиваться, – добавила Полякова.
– Официально нас никто не отпустит. А весь отряд Елена Ивановна ни за что не согласится вести на реку. Мы проберемся туда тайно.
– Тайно? – Алла испуганно приложила ладонь ко рту, – а если нас поймают? Нас же из лагеря выгонят за нарушение дисциплины, мне нельзя, мне родители голову оторвут...
– Алл, не причитай! – одернула Дворецкая, – Идея того стоит?
– Стоит! – ответила за Тасю Леля.
– План есть?
– Ну... Есть... Но он требует доработки, – призналась Тася.
– Валяй, – дала добро Дворецкая. Девчонки с интересом приготовились слушать.
– Нам необходимо пробраться к реке всем вместе. Ну, или почти всем. Кто-то должен остаться в комнате, чтобы быть настороже.
– А вы знаете, как незаметно пробраться к реке? Не по центральной аллее? – спросила Полякова.
– Знаем-знаем отмахнулась Лёля.
– Девочки, главная проблема не в этом. Наша проблема – это Елена Ивановна. Нужно её отвлечь, чтобы успеть уйти. Здесь как раз наш план даёт трещину, мы не знаем, как её отвлечь. Нужно что-то, что заставит её выйти на улицу. Все вместе мы быстро не проскользнем мимо, даже если на минуту чем-то ее займем. Есть идея, зачем она может отлучиться из корпуса в начале тихого часа?
Девочки недоумённо молчали. По части составления авантюрных планов они были не сильны.
Неожиданно голос подала Аллочка:
– Есть у меня мысль, хотя она мне совершенно не нравится, – она достала из тумбочку пакет ирисок "Кис-кис".
– Вот, хотела ко Дню рождения сохранить. Но, похоже, сейчас нужнее.
– А как нам помогут конфеты? – не могла понять Тася.
– Елена Ивановна наша очень заботливая. Если ей принесут записку, где будет написано, что родители передали конфеты, она обязательно за ними сходит. Вот как раз в этот момент мы и улизнем.
На Аллочку все посмотрели уважительно – расстаться с таким богатством ради общего дела согласится не каждая.
– А если она сама не пойдет, кого-нибудь отправит? – озвучила общий вопрос Дворецкая.
– Вряд ли, она ж знает, что в таком случае не все конфеты до корпуса доберутся.
– В записке напишем, что ей лично надо забрать, – предложила Тася, - Кто записку будет писать? Взрослый почерк надо подделать?
Девчонки молчали, никто не решался.
– Ладно, я сама попробую, – вздохнула Тася.
Достали тетрадный лист и шариковую ручку. Тася взялась за работу. Пришлось испортить пару листов, прежде чем получился более-менее достойный вариант.
Далее предстояло незаметно пронести пакет с ирисками в столовую и оставить их там так, чтобы они были не на виду. Под эту цель подошел стол при входе в столовую. Нижнюю полку как раз прикрывала скатерть. Стол служил декоративным целям, на нем располагалась ваза с искусственным букетом. Иногда здесь сидела заведующая столовой и что-то считала, отбрасывая туда-сюда костяшки на счетах. Заговорщицы надеялись, что сегодня заведующей не будет. Им повезло, стол был свободен. По уговору все девчонки затормозили возле стола, а Леля достала из кармана просторного платья пакет с ирисками и сунула в полку.
Теперь нужно было проследить, чтобы никто случайно не заметил пакет. Девчонки ели медленно, стараясь как можно дольше побыть на страже ирисок. Но, в конце концов, у Елены Ивановны закончилось терпение, и она поторопила свой отряд. Уходя из столовой, девчонки бросали тревожные взгляды в сторону стола.
Правда дороже конфет
После обеда все собрались в комнате.
Тася и Леля провели инструктаж о том, как скрутить из покрывала и подушки правдоподобную фигуру спящего человека.
Записка уже подложена под книгу, которую вожатая обычно читала во время тихого часа. Теперь нужно было лишь не упустить момент, когда она выйдет из корпуса. Почти вся комната прильнула к окну. Наконец, на крыльце показалась Елена Ивановна. Но почему-то уходить она не спешила. В руках у нее была записка, и она, уперев руки в бока, оглядывалась по сторонам. Увидев физрука в конце аллеи, махнула ему рукой.