– А я за ней пригляжу, вдруг ей плохо будет, – не сдавалась подруга.
– Я сама за ней пригляжу. А иначе обеих сейчас выгоню, – прекратила перепалку медсестра. Лёля была вынуждена сдаться:
– Ладно, пойду с Беклей увижусь, вдруг он всё-таки чего подрезал, – прошептала она и пошла на выход.
– А ты в изолятор иди, – бросила медсестра Тасе, – по кроватям только не скакать.
– Хорошо, спасибо, – вежливо согласилась Тася, чем заслужила удивленный взгляд медсестры.
Изолятором служила комната в конце коридора. Внутри стояло восемь аккуратно заправленных кроватей. Тася заняла крайнюю. Чтобы пробраться к зеркалу, нужно было прошмыгнуть мимо медсестры. Пока Тася размышляла, как ей это провернуть, медсестра вышла на улицу к грядкам. Недолго думая, Тася поднялась и побежала к зеркалу.
Из отражения на неё смотрела высокая стройная девушка. Худая, немного долговязая, но, как бы сейчас сказали, модельной внешности. Огромные глаза и пухлые губы, нос с веснушками. Длинные волнистые волосы. Отражение в зеркале было миловидно, даже красиво. Но в то же время своеобразный налет "дворовости" делал Шалаеву больше хулиганкой, чем изящной принцессой. Ещё немного повертевшись возле зеркала, Тася вернулась в изолятор.
Во всем виноват галстук
В одиночестве захотелось реветь в голос, и она позволила себе немного всплакнуть. Щемило сердце при воспоминании о родителях и Мухтаре. Как к ним вернуться? Ещё ни разу в жизни Тася не оказывалась в ситуации, когда не с кем посоветоваться. Хотя и считалась в родном мире нелюдимой, одиночество, которое она испытывала сейчас, не могло сравниться ни с чем. Не было никого, кто мог бы разделить с ней бремя тайны. Тася понимала, что если расскажет кому-нибудь правду, ее сочтут сумасшедшей и чего доброго отправят лечиться. Усилием воли пришлось взять себя в руки. Надо попытаться проанализировать произошедшее. Как она оказалась в "Буревестнике"? Что спровоцировало перемещение?
Она вспоминала последний день в осенней Москве. Шаг за шагом. И вдруг её осенило! Конечно! Музей СССР! Там она зачем-то потянулась к пионерскому галстуку. Видимо, всё дело в этом. Нельзя было его трогать. Что же теперь делать и как побыстрее вернуться обратно? Задерживаться здесь не было никакого желания. Тем более что ночью начнут происходить странные или даже страшные события. От одной мысли о вампирах Тася приходила в ужас. Сейчас летнее солнце и мирный быт пионерского лагеря не предвещали ничего пугающего. Но что будет ночью? Воображение рисовало холодящие сердце картины. Тася вспомнила, что герой повести Валерка смастерил домик из простыни, и решила обязательно последовать его примеру. Если, вдруг, задержится здесь до ночи. Тася еще надеялась, что всё происходящее нереально, и скоро она очнётся дома.
А если нет? Что делать тогда? Если затянул её сюда пионерский галстук, то и вернуть должен, наверное, он. Но что за галстук? Где его взять? Чей он? В голову не приходило ничего лучшего, как только пробовать на ощупь все галстуки в лагере. Затея казалось глупой и трудновыполнимой, но других идей не было.
Когда нарисовался хотя странный, но всё-таки план, стало немного легче.
С грядок вернулась медсестра и зашла в изолятор:
– Ну как ты тут? Полегчало?
– Да спасибо. Можно я пойду?
– Можно, конечно.
На улице Тася, наконец, осмотрелась. Лагерь в самом деле был живописный, как и в романе. Пряничные отрядные домики, статные сосны и сверкающая на солнце река. Территория была идеальным местом для отдыха.
По пути к своему отряду Жанна старалась не слишком глазеть по сторонам, чтобы не привлечь лишнего внимания. Но это было трудно. Тася никогда не бывала в подобных местах. Она была типичным городским ребенком, а летний отдых заключался в поездках с родителями на море. В детском лагере Тася не бывала. У самой не возникало желания, а родители не настаивали. При воспоминании о родителях снова защипало в глазах.
Знакомый домик
Наконец, она приметила свой отряд, копошащийся возле красивого голубого домика с изящной резьбой. Подойдя ближе, она узнала постройку по описанию. Ладони моментально вспотели. Именно в этом доме в романе жил главный вампир-стратилат Серп Иеронов. От панической атаки спасла подоспевшая Лёлька.
– Ну, ты как? Оклемалась? Держи, Бекля передал, – она сунула в руку Тасе кулек из обрывка газеты.
– Что это? – удивилась Тася.
– Что-что, ешь!
Тася развернула мятую газету, внутри оказался изрядно помятый кусок плавленого сырка.
– А ты? – поинтересовалась у подруги.
– Я уже съела, – ответила Лёля.