За забором на ребят навалилось ощущение свободы. Воздух пьянил, птицы пели особенно старательно, а сосны приветливо качали мохнатыми макушками. Кто-то из мальчишек закуковал кукушкой, ему тут же начал вторить голос, изображавший петуха. И понеслось. Начали с птиц, но через несколько минут по лесу уже разносилось гавканье, мяуканье, блеянье, мычание и даже крик осла.
Елена Ивановна, терпела недолго:
– Ребята! Прекратите немедленно! Вы позорите пионерскую форму!
Никто не стал спорить, понимая, что путешествие может внезапно сорваться по одному слову Елены Ивановны. Какофония сошла на нет довольно быстро.
Дальше отряд поджидало еще одно испытание. Впереди, слева от тропинки раскинула ветви старая яблоня. Сколько ей было лет, не знал никто. Как и то, откуда она здесь взялась. Быть может, когда-то здесь стоял крестьянский дом. А быть может, кто-то обронил на этом месте благодатное семечко, из которого и выросла красавица. Яблоня хоть и была стара, но ничем не уступала в красоте и плодовитости молодым. Ее длинные ветви густой шапкой спускались до самой земли. Каждая была сплошь усеяна еще зелеными, но оттого не менее притягательными для пионеров, яблоками.
Именно эту искусительницу Елена Ивановна имела в виду, когда велела отряду не есть зелепух. Яблоки хоть и манили гладкими боками, на вкус были кислыми и жёсткими. Будь она более сговорчивой к сладости и нежности, у руководства "Буревестника" могли бы возникать хронические проблемы с вылазками воспитанников к этой лесной гордячке. А так она вводила в смятение юные сердца и желудки, только когда кто-то из детей проходил рядом.
Тася, Леля и Сергей шли молча. Тася украдкой разглядывала Сергея. Она нисколько не осуждала девчонок первого отряда, которые, по словам Лели, косяком вились за Зайцевым. Он был очень хорош собой. Но главным было не это. От него исходила какое-то магнетическое спокойствие и уверенность в себе. Его речь отличалась от речи большинства мальчишек их отряда. Хотя, справедливости ради, Тася слышала, как он общается с мальчишками. С Тасей и Лелей он все же разговаривал по-другому. Как раз сейчас предстояло выяснить, могут ли найти общие темы для разговора девушка из 21 века и парень из конца 20-го. Тася изо всех сил старалась не влюбиться в Сергея, это все слишком бы для нее усложнило. Она уговаривала себя, что Сергей куда как лучше будет присутствовать в ее жизни в роли друга. А настоящие друзья Тасе сейчас ой как нужны. Сердце неприятно сжалось при мысли о предстоящей встрече со стариком.
– Сергей, а ты в вампиров веришь? – Тася сама не поняла, зачем спросила.
Леля ткнула ее в бок.
– В кого? – не понял Сергей.
– Ну, в вампиров. Они людей кусают, кровь пьют...
– Жанн, ты серьезно? Какие вампиры? Это ж сказки, как в них можно верить?
– Понятно, – Тася решила больше не продолжать тему.
Тут мальчишки начали какую-то возню между собой, и Сергей поспешил к ним, чтобы узнать, в чем дело и при необходимости разнять.
– Ты чего? – зашипела на Тасю Леля, – решила ему все рассказать?
– Нет, конечно! Я так, на всякий случай спросила, мало ли...
– Он нас с тобой чокнутыми посчитает.
– Лель, успокойся, не буду я ему ничего говорить.
Через пару минут вернулся Сергей.
– Чего они там? – поинтересовалась Тася.
– Да не знаю, что-то не поделили, ругались, а потом, вдруг, успокоились.
Летний лес укрывал пионеров от солнечных лучей зеленым пологом. Стройные сосны слегка покачивались в такт одним им ведомой музыки. Местное лесное хозяйство было в хороших руках. В лесу не видно было ни поваленных сгнивших деревьев, ни сорного кустарника и молодняка. В сосновом бору, как в древних античных храмах зеленую крышу подпирали высокие колонны-сосны, а на полу расстилался упругий хвойный ковер. Такой лес осенью – радость для грибника. Но до осени далеко, а до дома стратилата – рукой подать.
Размышления Таси прервал непонятно откуда взявшийся Бекля:
– Жанка, Лелька, держите, – и он приоткрыл бережно завернутый подол рубашки. Там вперемешку с листьями лежали зеленые яблоки.
Тася опешила. Во-первых, Елена Ивановна за такое могла и наказать, а во-вторых, с чего это Бекля опять стал добрый. Пока Тася растерянно соображала, как ей отреагировать, вмешалась Леля:
– Иди ты со своими яблоками, потом стоять из-за них позориться на свечке? Нет уж, как-нибудь без нас.
– Ну и как хотите, – Бекля достал одно яблоко и демонстративно им хрустнул. От звука у Таси свело скулы, даже так чувствовалось, что яблоко слишком кислое. Бекля вернулся к своим закадычным дружкам Рулету и Сифильку.