– Ну, может, колесо хоть получится...
Тася округлила глаза.
– А обруч крутить умеешь? На скакалке прыгать?
– Ну, да вроде.
– Вот покрутишь, попрыгаешь, на шпагат сядешь и сойдет, – подмигнула Леля, – но это будет потом, когда мы эту ночь проживем, – серьезно добавила подруга.
– Да, после этой ночи выступление перед всем лагерем покажется пустяком, – согласилась Тася.
Подруги все-таки отправились на репетицию. Не хотелось, чтобы Елена Ивановна их потеряла.
– Как думаешь, мальчишки успеют все подготовить? – задумчиво спросила Тася.
– Успеют, – уверенно ответила Леля.
На репетиции царила суматоха. Елена Ивановна всё еще где-то бегала, а сами ребята никак не могли прийти к одному мнению.
– Я в кино видела, здорово смотрится пирамида! – на повышенных тонах доказывала Аллочка.
– Да не буду я никого на себе держать! – спорил с ней кто-то из мальчишек.
– Как будто вы пушинки! – вторил ему еще один голос.
– Подумаешь! Слабаки какие! Девчонок подержать не можете! – не сдавалась Алла.
– Делай сама свою пирамиду! – мальчишки ни в какую не соглашались.
Конфликт разрастался. Женская и мужская половины отряда никак не могли найти общий язык. Репетиция зашла в тупик. Дело сдвинулось с мертвой точки, только когда пришла Елена Ивановна.
– Ребята, ну что такое? Вы же сказали, что будете пирамиду делать? – удивилась вожатая, когда увидела, что ребята заняты своими делами.
– Елена Ивановна, это Алка придумала, а мы не хотим, – пожаловался кто-то из мальчишек.
– Ясно. Тогда предлагаю сделать другой номер. Давайте в центре будет выступать Жанна Шалаева, она гимнастка, а все остальные ее поддержат.
Тася такого поворота не ожидала:
– Елена Ивановна, давайте все же сделаем общий номер. Я долго не тренировалась, форму потеряла. Но мы с девочками можем красивый танец с лентами сделать. Ленты ведь найдутся?
– Думаю, найдём. Хорошо, Жанна, тогда с тебя постановка номера. Пойду, узнаю насчет лент. Ребята, не расходитесь.
– Час от часу не легче, – вздохнула Леля, – нам сейчас только с номером возиться не хватало.
– Отрепетируем несколько движений. С лентами все хорошо смотрится. Выйдем с девчонками, помашем немного, в конце я на шпагат сяду, – смирилась с необходимостью постановки номера Тася.
Жизнь продолжается
Репетиция отвлекла Тасю от собственных переживаний. То ли сказалась общая усталость, то ли Жанке гимнастика пришлась по душе, но вампирша притихла, перестав требовать крови. Лёгкая передышка позволила подкопить сил.
День, не смотря ни на что, клонился к закату. Начиная с полдника, Тася уже не могла думать ни о чем, кроме встречи с Молотом. Тот еще не знал, что строптивая посвященная ему готовит. Чем ближе становился час встречи, тем отчетливее внутренний страх уступал место желанию подчиняться. Тася собирала в кулак всю силу воли, чтобы не идти на поводу внушаемого приказа. Борьба забирала силы. Если бы рядом не было друзей, она бы не справилась. Тася сквозь туман в голове наблюдала, как Леля, Бекля и Сергей суетятся, готовясь к сегодняшнему вечеру. Действовать договорились по отработанной схеме – перед дискотекой Тася будет заперта в пищеблоке.
После ужина предстояло снова дождаться, когда все работники кухни покинут пищеблок. Ребята расположились на скамейке неподалёку от здания. Их никто не искал. Время перед дискотекой было полностью отдано детям. Все знали, что к танцам лагерь готовится тщательно, ведь это своего рода кульминация дня.
Когда на двери пищеблока, наконец, был повешен замок, Бекля быстро приблизился и открыл его. Видимо, обращаться с отмычками ему стало гораздо проще. Тася прошмыгнула внутрь.
– Закрывай! – послышался ее голос изнутри.
Бекля захлопнул дверь и повесил обратно замок. На этот раз он смог его закрыть.
Тася изнутри тоже заперла дверь. Массивная железная перекладина, служившая внутренним затвором, внушала доверие. Тася подумала, что открыть такую дверь вряд ли будет по силам даже стратилату.
Пленница подошла к решетчатому окну. Обзор был небольшой, но Тася видела, как ребята обкладывают дверь осиновыми ветками и наливают огромную лужу из шланга перед входом. Идея была в том, чтобы не дать Иеронову приблизиться к двери. Через оконные решетки он при всем желании протиснуться не сможет. В задачу Таси входило самое сложное – игнорировать зов. Бешеное желание Жанки попробовать крови и беспрекословный приказ Молота разрывали Тасю изнутри.
За окном сгущались сумерки, отзываясь в Тасиной душе разрастающейся темнотой.
Еще не получив приказа, Тася уже чувствовала, что Молот близко. Сначала ее окатило волной чужого раздражения, потом прилетел вопрос: