Мой рассказ много времени не занял. Стоило мне замолчать, как Регина резко поднялась. Весь ее вид выражал обеспокоенность.
- Я к Повелителю. Сообщу, как только что-то узнаю.
Она скрылась за дверью и в комнате повисло тревожное молчание, прерываемое легким потрескиванием дров в зажженном камине.
- Почему ты так уверена, что Янире грозит опасность? – буравя меня внимательным взглядом, спросил вампир.
Я уже собиралась ответить, как почувствовала резкую боль в висках. Не успела ничего сделать, как боль прошла словно ее и не было.
- Интересно. – констатировал Антон, вглядываясь в меня еще внимательней. – И когда он успел поставить тебе блок?
Интереса в его взгляде значительно прибавилось, а я разозлилась, поняла, что мои пространные объяснения не удовлетворили господина старшего следователя, и он решил добыть информацию привычным способом, ковыряясь в моих мыслях, но что-то ему помешало. И, кажется, я начинала догадываться что именно.
По всему выходило, что некий доброжелатель поставил мне блок на мысли. О том, кто этот доброжелатель, и когда именно он был ко мне так близко, чтобы навесить свою защиту, гадать тоже не приходилось. Вот только злиться я от этого не перестала, а даже наоборот, рассердилась еще сильнее. Неужели нельзя было предупредить?
- Какого черта?! – зло зашипела я, потирая виски. – Кто дал тебе право копаться в моей голове?
- Йоу, ребята, прекратите. – постаралась сгладить ситуацию Ирина. – Мы команда, помните?
Я насупилась, гнев все еще клокотал внутри, я старательно его сдерживала, крепко сжав руки в кулаки. Вампир безразлично пожал плечами и, поднявшись, направился к бару.
- Выпьете? – примирительно спросил он.
Я отрицательно кивнула. Не хотела туманить мозг алкоголем в такой момент.
- А я, пожалуй не откажусь. – сообщила наяда и тоже отправилась к бару, где в пузатых бутылках плескалась жидкость. Неплохой бар для гостевых апартаментов.
Сидеть на диване в ожидании новостей мне наскучило очень быстро. Я подошла к окну, откинув штору, осмотрела пейзаж за окном. Рассвет уже осветил город первыми лучами солнца, но на улице все еще было безлюдно. Дома с закрытыми ставнями казались вымершими. Оно и понятно, это в людских городах многие встают ни свет, ни заря, чтобы испечь свежие булочки к завтраку, разнести утренние газеты, приготовиться к новому дню. Вампиры же предпочитали поспать подольше утром, но зато проявляли больше активности в ночное время суток.
Антон с Ирой наслаждались напитками в пузатых бокалах, болтая ни о чем, а я мерила шагами комнату, пока они не попросили меня не мельтешить. Тогда я уселась на мягкий ковер перед камином и уставилась на горящий огонь. В памяти всплыл огненный цветок, в котором я нашла ключ. он так же сверкал яркими лепестками пламени, как и огонь в камине. Пламя манило, гипнотизировало, потрескивало и переливалась бликами. Казалось, что огонь зовет меня прикоснуться, приласкать его, как ласкового домашнего кота. Что он будет ластиться в ответ, стоит лишь протянуть руку.
И я почти протянула, но в дверь тихо постучали, и я, опомнившись, резко отдернула ладонь, почти дотянувшуюся до обжигающего пламени.
Вампир, не мешкая открыл дверь, и уже через мгновение закрыл ее, держа в руках запечатанный конверт. Взяв с рабочего стола нож для писем он привычным жестом разрезал желтоватую бумагу и достал из конверта послание от Регины. Какое-то время он молчал, мы лишь видели, как зрачки его глаз быстро пробегают по строчкам, наливаясь тьмой. После чего его тяжелый взгляд переместился на меня.
- Ты была права, ведьма. – мрачно подтвердил он.
- Янира. – вскрикнула я, а наяда прижала ладони ко рту. Да, я не была знакома с супругой Повелителя, но я помнила ее теплый взгляд и добрую улыбку. Она не заслуживает смерти от рук какого-то больного маньяка, вознамерившегося уничтожить человеческий мир. Никто не заслуживает.
- Она жива. – успокоил нас Антон. – Ее состояние тяжелое, но местные лекари уже вывели ее из предсмертного состояния. Ей просто нужно время, чтобы восстановиться. С ней все будет в порядке.
- Но что случилось?
- Когда в столовой произошол инцидент с Мартиной, – он кивнул в мою сторону. – Герман сначала отправил прочь супругу, хоетл обезопасить ее, чтобы не пострадала. И только после этого урегулировал ситуацию с остальными. На нее напали, когда она направлялась в свои покои.