Быстро пройдя арку ворот, мы попали, как поначалу показалось во внутреннюю часть крепости – городка, по-другому и не скажешь.
Но это оказалось не так.
За воротами было достаточно большое пространство, но впереди была еще стена. Я покрутил головой и понял, что это внутренний двор. Этакое боевое пространство. Здесь не было никаких построек, если не считать башни, которые примыкали к внешней стене.
Вторая стена была несколько ниже. Вероятно, те самые пять шесть метров. Здесь меня снова посетило чувство мощности укреплений и невероятной прочности крепости, её абсолютной неприступности. К тому же откуда ни возьмись, появилось чувство гордости за славян, русов, народ, который может создать такое. Я вновь стряхнул себя наваждение. Что-то из этого было моё, а что-то явно извне. Я посмотрел на Белозара и, секунда в секунду, он обернулся и посмотрел на меня. Легкая улыбка или усмешка промелькнула на его лице, и он вновь отвернулся.
В этот момент мы подошли к внутренним вратам. Они тихо, без скрипа распахнулись. И только в этот момент до меня дошло, что и первые, огромные – высокие и мощные врата открывались без особых усилий и никакого скрипа. Я не увидел петель, но они должны, просто обязаны, быть весьма большими. Я ругнул себя за невнимательность и подивился устройству ворот. И тех и других.
Тем временем мы шли по центральной площади города, это реально была площадь, потому что она была вымощена ровными прямоугольными камнями, короче булыжная. Более того, камень нёс на себе отпечаток времени. А с виду крепость как будто только отстроили.
Я приготовился удивляться и дальше. Поглядеть здесь было на что, но экскурсию нам проводить никто не спешил. Все шли молча. И я в очередной раз задумался – гости ли мы в этом городке – крепости. Высокая башня с куполом, которую я видел еще снаружи, водоем внутри, как будто озеро или гигантский городской фонтан, только струя вверх не бьет, и множество разнообразных построек. Высоких, но не на сваях, как в имении Теськи.
Мы взяли левее, следуя за нашим ведущим – Белозаром. Стало понятно, что нас ведут к высокому дому, а я бы сказал терему. Красивому, деревянному с высокой крышей и массивным крыльцом.
- Ну, что, гости дорогие, - Белозар остановился перед крыльцом, остановились и мы, - с дальней дороги лучше бани ничего нет, - серьезно сказал он.
Я посмотрел на него, на Мирину, поймал на себе взгляд Инги.
- Добра та речь, где про баньку да печь, - вспомнил я старую поговорку и улыбнулся.
- И то верно, - улыбнулся в ответ Белозар, - и сделал приглашающий взмах рукой.
В этот момент из дверей вышел щуплый мужичок, борода его топорщилась во все стороны. Только сейчас я понял, насколько ухоженной выглядела борода Белозара. Да и у Боеслава, кстати тоже.
Мужик был в простой белой рубахе, типа косоворотке, холщовых штанах и босой. Лицо его было мокро.
- В бане помылся – что заново родился, - сказал Белозар, - Степан проводит в хоромы гостевые. Больше ничего не сказав, он развернулся и пошел прочь. Боеслав, не говоря ни слова, последовал за ним. Мирина осталась и смотрела на Ингу.
- Он суженый мой, - тихим голосом вытолкнула из себя Инга под взглядом Мирины.
- Будь, по-твоему, - Мирина не улыбалась, ее взгляд был как стальной трос, прямой и жесткий, - обедать будем в гостевых хоромах, мы рады, что приехали к нам, - и она тоже развернулась и ушла.
- Извольте в баньку, гости дорогие, - оживился Степан после ухода Мирины, - я сейчас всё покажу и буду ждать снаружи, вдруг чего нужно, - и он спешно открыл дверь перед нами, а я всё не мог понять, как в таком тереме может быть баня. Переступив порог, мы попали в большое помещение. Предбанник был больше похож на гостевую комнату. В дальней же стене этой комнаты было девять дверей.
- Вот в эту дверь извольте, - Степан указал рукой на правую крайнюю дверь, - в бане ведь раньше мывались? – скромно спросил он.
- Приходилось, - так же скромно ответил я ему.
Мы топтались на месте, не зная, как поступить.
- Ну, тогда я пойду – сами разберетесь, где шайка, где полок, - и он быстро выскочил через входную дверь.
- Чудно как, - сказала Инга, - у меня такое ощущение, будто я попала в сказку, - она улыбнулась той самой улыбкой, что сделала в моем сердце такую большую дыру, позволив мне впустить через нее эту, такую… разную женщину.
- У меня много ощущений, еще больше вопросов, - я шагнул к двери, которую показал Степан, - но сначала надо помыться, раз уж мы пришли в баню.
- А может не только помыться, - лукаво улыбнулась Инга, а увидев моё выражение лица, задорно захохотала и юркой ящеркой проскользнула под моей рукой открывшей дверь. Из двери потянуло баней и сразу захотелось смыть с себя грязь последних дней и все из прошлого, точнее из будущего, что так меня тяготило.